– Тебя тоже.
– Может, ты и правда так думаешь, но ты ошибаешься. Он оставит меня гнить в камере и сделает это по двум причинам. Во-первых, он будет думать, что это я виноват.
Лулу сказала:
– Я объясню ему, что произошло. Что это была моя идея, а не твоя.
– Он тебе не поверит. И я бы не стал его упрекать.
В коридоре послышался шум. Крики. Захлопнулась дверь. Фрэнк увидел, как Лулу напряглась, как в ее глазах промелькнул страх.
– Во-вторых, Роджер решил бы, что, если он внесет залог и за меня, я смоюсь из города, а он останется с носом, потеряет свои пять штук или сколько там. Значит, я проторчал бы за решеткой до суда, разве только Ньют сжалился бы, что весьма сомнительно.
– А сколько это, до суда? – Полгода, если повезет.
– Полгода – ты пропустишь Рождество!
Фрэнк сказал:
– С моим послужным списком я пропущу не одно Рождество. Ты была в гриме, а меня Векслер выловит на опознании, как проспиртованную вишню из пломбира с фруктами.
– Ты хороший человек. Фрэнк.
– А?
– Такой терпеливый. – Она улыбнулась. Прозрачные зубы, десны светло-розовые, как жевательная резинка. – Боюсь, я поступила довольно безответственно. В следующий раз мы все провернем, как надо. Осмотрим место и всякое такое.
– Никаких следующих разов. – Фрэнк расплющил окурок в пепельнице для пущего эффекта.
Лулу уселась к нему на колени, прижалась, обвила руками.
– Мне так понравилось, как ты двинул ему в нос. Словно это самое плевое дело. Ты был такой небрежный, такой расслабленный.
– Подбородок, – сказал Фрэнк. – Я ударил его в подбородок.
– Он вырубился еще на ногах, правда? Я видела, как у него глаза закатились. До чего странно, должно быть, когда тебя двинут так, что теряешь сознание.
Фрэнк сказал:
– А вдруг он стукнулся головой об пол и повредил мозг и теперь не сможет нормально говорить, будет мычать или еще что? Вдруг я убил беднягу? Хороша шуточка, а – двадцать пять лет в тюряге за кражу часов?
– Боже мой, и они ведь отберут их у тебя, да?
Фрэнк сказал:
– Давным-давно, еще совсем мальчишкой, я недолгое время был профессиональным боксером.
– Как тебя звали?
– Меня звали Фрэнк Дикки.
– Дикий!
Всего лишь догадка, но она попала в точку. Фрэнк вздрогнул:
– Да, когда-то меня называли именно так.
Лулу возбужденно запрыгала на его коленях.