Поймайте мне колобуса (с иллюстрациями): читать начало книги онлайн

Предисловие

Я немного завидую тем, кто сейчас открывает эту книгу, – им еще предстоит получить удовольствие от встречи с Джеральдом Дарреллом и его героями… Сегодня советскому читателю уже не надо представлять автора книги: после выхода в свет на русском языке «Зоопарка в моем багаже», «Переполненного ковчега», «Гончих Бафута» и многих других его имя у нас так же хорошо известно, как и в других странах. Сказать, что переводы этих книг не залеживаются на прилавках – только полуправда, они раскупаются практически в тот же день, когда поступают в магазин. В чем же причина их популярности?

На мой взгляд, причин не одна, а по крайней мере три. Первая из них – всепоглощающая любовь к природе и удивительный талант натуралиста, присущие Дарреллу. Немногими словами он способен нарисовать на редкость точный портрет того или иного животного, двумя-тремя фразами охарактеризовать образ его жизни и повадки, причем по верности и выразительности характеристика эта не уступит самому строгому научному описанию. Вот почему его наблюдения интересны не только широкому кругу любителей природы, но и специалистам-зоологам.

Вторая причина популярности Даррелла обусловлена его бесспорным писательским мастерством. Превосходно построенный сюжет, отточенность повествования – если даже речь идет о самой маленькой главке, – юмор и лиризм, которыми проникнуто его творчество, умение поставить точку в нужном месте – все это позволяет считать книги Даррелла произведениями зрелого и опытного беллетриста.

Но есть третья, пожалуй, главная причина популярности имени Джеральда Даррелла – его практическая деятельность. В мире много превосходных натуралистов, встречаются среди них и хорошие писатели, но пока очень мало людей со столь обостренным чувством личной ответственности за судьбы животного мира нашей планеты, как Даррелл. В 1958 году на острове Джерси, что в проливе Ла-Манш, он создал небольшой зоопарк, поставив перед собой единственную цель: спасти от полного уничтожения редкие и редчайшие виды животных. Ныне Джерсийский зоопарк известен всему миру. Так от словесной пропаганды охраны природы Джеральд Даррелл перешел к конкретным действиям – пример, достойный подражания.

Идея сохранения единичных животных, обреченных на вымирание, с тем чтобы в дальнейшем их можно было размножить и расселить в природе, не нова. Именно так был спасен от полного истребления знаменитый олень Давида, сохранявшийся в Китае в одном из дворцовых парков и уничтоженный там во время Боксерского восстания. Сравнительно недавно стараниями английских зоологов удалось спасти от полного уничтожения гавайскую казарку; теперь ее численность такова, что какое-то время можно не опасаться за судьбу этого вида. Но множество других животных находится на грани уничтожения в прямом смысле слова; сохранение и размножение таких видов в специальных парках – порой единственная мера их спасения. Конечно, мера эта временная, так как после длительного разведения в неволе звери и птицы могут потерять способность жить в природной обстановке. Однако в критические моменты существования вида подобную помощь трудно переоценить. Весь свой организаторский талант, все свои знания, все средства, получаемые от издания своих книг, Джеральд Даррелл подчиняет главной цели – отлову и спасению диких животных, разработке эффективных способов их содержания в неволе. В этой притягательной для всех любителей природы деятельности и заключается одна из основных причин его постоянно растущей популярности.

Несколько слов о книге «Поймайте мне колобуса». Ее с одинаковым интересом прочтут и те, кто впервые взял в руки произведение Даррелла, и те, кто знаком с его творчеством по предыдущим книгам. Описание повседневной напряженной, подчас комической, а порой и трагической жизни обитателей зоопарка на острове Джерси вряд ли оставит равнодушным кого-либо из читателей. Перед их глазами пример того, как небольшая группа исследователей– энтузиастов не щадя сил борется за жизнь своих подопечных, ищет и находит пути к успешному содержанию в неволе редчайших зверей и птиц: белоухого фазана, гверец и леопардов, тапиров и многих других. Вместе с автором книги читатель совершает путешествие в Западную Африку, где, став как бы участником очередной экспедиции Даррелла, встречается с представителями животного мира этой части африканского континента, а затем и в Мексику, специально за вулканическим кроликом и толстоклювым попугаем. Впрочем, вряд ли нужно пересказывать здесь содержание книги…

Закрыв последнюю страницу, читатель, я полагаю, вправе задать естественный вопрос: а как обстоят дела со спасением исчезающих видов животных в нашей стране? Можем ли мы создать службу наподобие той, начало которой положено зоопарком на острове Джерси? Несомненно, сделать это можно и нужно. Уже сейчас достигнуты немалые успехи. Наши заповедники, хоть и не такие обширные, как хотелось бы, реально осуществляют охрану множества ценных и редких животных. В последние годы, особенно после известных постановлений партии и правительства об охране окружающей среды, растет число новых заповедников и расширяется площадь уже существующих. Курс охраны природы вводится в качестве обязательного в программы не только биологических факультетов, но, что еще важнее, – инженерно-технических институтов. В Советском Союзе и в других социалистических странах проблема охраны природы решается в общегосударственном масштабе, неизмеримо проще и эффективнее, чем в западных странах. Достаточно сослаться на пример восстановления в СССР промысловой численности соболя, лося, сайгака; вскоре и бобр станет объектом пушного промысла.

Однако это не дает нам права успокаиваться на достигнутом; и нам приходится с озабоченностью относиться к проблеме охраны животного мира. Все меньше становится в водоемах чудесного насекомоядного зверька – выхухоли, поштучно считаем мы тигров и куланов, все более редкими становятся некоторые виды осетровых и лососевых рыб и т. д. и т. п. И в этом отношении опыт и методы, успешно разрабатываемые Дарреллом и его сотрудниками, могут в известной степени пригодиться и нам. Сейчас необходимо пересмотреть роль зоопарков и уделять им внимание не только как зрелищным учреждениям, но и как одному из важных участков общего фронта охраны природы. К деятельности зоопарков надо привлечь внимание широкой общественности. Многие крупные зоопарки нашей страны могут стать подлинными центрами сосредоточения редких и вымирающих видов животных.

Наконец необходимо подчеркнуть еще одну чрезвычайно важную сторону деятельности, направленной против вымирания того или иного вида животных или растений. Речь идет не только – и не столько – об этическом и гуманном аспектах проблемы (хотя и они очень и очень существенны в нашем урбанизированном мире), сколько о сохранении уникального генетического фонда живой природы. Помните: каждый вид организмов генетически уникален и, погибнув, он навсегда лишает человечество возможности использовать очень важные, быть может, завтра или послезавтра результаты эволюции, длившейся миллионы лет. Сошлюсь на один лишь пример. Около двухсот лет назад была истреблена стеллерова корова – безобидное прибрежное млекопитающее из отряда сиреновых, питавшееся водорослями и жившее в северной части Тихого океана. Тем самым люди потеряли реальную возможность одомашнить это животное и создать бесчисленные стада на пустующих ныне подводных пастбищах.

Вот почему дело, о котором с таким увлечением пишет Джеральд Даррелл и которому он посвятил свою жизнь, имеет важнейшее значение для всего человечества. Можно только пожелать успеха подобным начинаниям и их широкому распространению по всем мире.

А. Яблоков

1. Чистим-блистим

Встреча с зоопарком после очередной зарубежной экспедиции для меня всегда волнующее событие. Увидеть новые клетки, которые я представлял себе только по чертежам, новых животных, узнать о счастливых родах, услышать нестройный приветственный хор шимпанзе и голоса прочих животных, которые радуются, что я вернулся… Словом, обычно возвращение складывается очень приятно и интересно.

Но на этот раз, после довольно долгого путешествия по Австралии, Новой Зеландии и Малайе, я с ужасом обнаружил, что мой драгоценный зоопарк выглядит жалким и запущенным. А тут еще выяснилось, что мы на грани банкротства. Меня будто обухом по голове ударили – столько трудов и денег вложено, и вот на тебе! Вместо того чтобы отдыхать после напряженной поездки, надо было срочно придумывать, как спасти зоопарк.

Первым делом, естественно, я взял в свои руки бразды правления, а пост заместителя директора предложил Джереми Молинсону, работающему в зоопарке со дня его основания. Я знал Джереми как человека безупречной честности, знал также, что он горячо любит животных. К тому же он поработал во всех отделах и хорошо представлял себе наши проблемы. Получив его согласие, я облегченно вздохнул.

После этого я созвал руководителей отделов и объяснил, как обстоят наши дела. Сказал, что над зоопарком нависла серьезная угроза, но, если они согласны остаться и засучив рукава работать за гроши, есть надежда выбраться из трясины. Все они – честь им и хвала! – согласились. Теперь я хоть знал, что животным обеспечен хороший уход и с ними ничего не случится.

Далее, надо было подобрать толкового секретаря, а это оказалось не так-то просто. Я дал объявление в газету, указав, что требуется знание стенографии, машинописи и, самое главное, бухгалтерии. К моему удивлению, кандидаты повалили, валом. Однако, знакомясь с ними, я убедился, что половина претендентов не в ладах с элементарной арифметикой и большинство никогда не видело пишущей машинки. Один молодой человек прямо сказал, что отозвался на мое объявление, рассчитывая приобрести нужную квалификацию по ходу дела.

Побеседовав с двумя десятками таких недоумков, я уже начал отчаиваться. Но тут настала очередь Кэт Уэллер. В мой кабинет танцующей походкой вошла пухлая маленькая особа с живыми зелеными глазами и добродушной улыбкой. Она объяснила, что ее мужа перевели из Лондона на Джерси и ей пришлось расстаться с местом, на котором она проработала семнадцать лет. Ну, конечно, она знает счетоводство, стенографию и машинопись. Я поглядел на Джеки, Джеки поглядела на меня. Чутье подсказывало нам, что случилось чудо: мы нашли то что нужно. Через несколько дней Кэт Уэллер приступила к работе и принялась разгребать завал, образовавшийся в делах за мое отсутствие.

В то время на зоопарке висело две задолженности. Одна – двадцать тысяч фунтов, которые были вложены в строительство и оборудование; вторая – четырнадцать тысяч, эту сумму составили перерасходы и текущие долги. Естественно, следующей моей задачей – весьма нелегкой – было раздобыть достаточно средств, чтобы свести концы с концами и не дать погибнуть зоопарку. На это ушло немало времени. И все это время Джереми, еще не освоившийся с новой должностью, приходил ко мне советоваться насчет животных, а Кэт требовала консультации по непривычным для нее финансовым проблемам. Вынужденный решать все вопросы и одновременно ломать голову над тем, как спасти зоопарк, я впал в такую мрачность, что в конце концов Джеки, как я ни упирался, пригласила нашего врача.

– Да ничем я не болен, – твердил я. – Просто забот много. Сделай мне какой-нибудь укол, чтобы сил прибавилось.

– У меня есть средство получше, – ответил Майк, – Ты получишь таблетки.

И он прописал мне какие-то жуткие на вид пилюли, приказав принимать по одной в день. Ни Майк, ни я не подозревали, что тем самым он внес огромный вклад в спасение зоопарка. Сейчас объясню, каким образом.

К числу наших давних и самых близких друзей на Джерси принадлежали Хоуп и Джимми Плет. Джимми большую часть времени находился в Лондоне, но Хоуп была частым гостем зоопарка и заходила к нам выпить рюмочку. И так совпало, что она навестила нас в тот самый вечер, когда я по ошибке вместо одной пилюли транквилизатора принял две и сильно смахивал на человека, находящегося в последней стадии опьянения. Сто килограммов веса придают Хоуп внушительный вид, и она неодобрительно смотрела, как я иду ей навстречу, путаясь в собственных ногах.

– Что это с тобой? – властно спросила она. – Перебрал?

– Какое там, – ответил я. – Если бы! Эти проклятые транквилизаторы… Я принял две таблетки вместо одной.

– Транквилизаторы? – В ее голосе звучало недоверие. – С чего это они тебе понадобились?

– Присядь, я налью тебе рюмочку и все расскажу, – предложил я.

Около часа я изливал ей душу. Выслушав меня, Хоуп оторвала от кресла свои килограммы и выпрямилась во весь рост.

– С этим будет живо покончено, – твердо произнесла она. – Чтобы ты, в твои годы, глотал транквилизаторы! Я этого не допущу, немедленно переговорю с Джимми.