— Шшш…
— Я ведь могла не ехать туда и найти работу в Дайвенпорте. Просто стоило подождать и не откликаться на самое первое предложение… и все. Я была бы здесь, с вами, и тогда все правда было бы к лучшему…
— Шшш… он был здесь, искал тебя со своим другом. Ты знала?
— Я догадалась, но… — я помотала головой
— Он тебя любит, доченька. Это видно. И он мне понравился, — сказала мама, улыбаясь, — Такой мужественный и симпатичный. А сколько ему лет?
Я улыбнулась, когда поняла, что он и правда понравился ей.
— Тридцать пять.
— А еще он очень уж бесстрашный, он противостоял папе, держась из последних сил, когда они спорили. Но уважение было написанно на его лице. Не такой уж он и деревенщина, как я думала.
— Мам, — она меня рассмешила, — Я никогда не говорила, что он деревенщина.
— Да? — спросила мама улыбаясь, — Но я не думала, что в том захолустье живет кто-то …
— Мам, — и снова она меня рассмешила. — Там очень хорошо, и красиво. У меня там появились друзья.
— Может потому тебе и стоило поехать туда, как думаешь?
— Не знаю, — пожала я плечами, а потом добавила. — У него будет ребенок от другой. — не знаю почему я это сказала, просто мне хотелось ей открыться.
— Когда ты узнала?
— Позавчера.
— А он?
— Он тоже.
— А что он сказал на это?
— Сказал, что со всем разберется, но… я… даже не знаю, хочу ли этого. Может пусть все так и остается, он там, а я здесь.
— Знаешь, наши с папой отношения не всегда были такими гладкими, как сейчас. Ты ведь знаешь, папа на много старше меня. Да и работал он так, что мог пропасть на несколько дней и даже недель. У него было много связей с женщинами. О некоторых я догадывалась, а некоторые сами мне приходили и рассказывали, я чувствовала себя ужасно. Но он меня никогда не бросал. Да, мы ругались, да, я брала тебя и уезжала от него, но он всегда возвращал нас, потому что любил и тебя и меня. А потом я начала поступать более осмотрительней. Я не ругалась с ним, я просто сметала всех этих женщин на своем пути. Сначала разбила лицо одной, потом поколечила другую…
— Что? Мам ты сейчас о чем? — я бы в жизни не подумала, что такая мягкая и добрая женщина могла повысить голос, а не то что поколечить другого.
— Да, — она улыбнулась. — Меня даже один раз орестовали, но папа внес залог и меня выпустили. Ну ты понимаешь, плюс его связи… — она продолжила, — С мужчиной ссориться не надо, этим ты ничего не докажешь, они все равно перевернут все так, что у тебя не будет никакх оснований винить их, даже если они виноваты. Они выкрутятся из любой ситуации. Покажи лучше тем женщинам, что с твоим мужчиной связываться не стоит.
— Знаешь, тоже самое мне сказала мать Рэя, когда он подарил мне жилет, а на него прыгнула он из подстилок байкеров. — я помолчала, а потом добавила, — Я ей дала пощечину.
— Вау, — мама удивилась, а потом добавила, — Она мудрая женщина.
— Я бы так не сказала, она стерва. — а поморщилась, вспоминая все комментарии, которые она пускала вход.
— Знаешь, доченька, с волками жить по волчьи выть.
Может мама и была права. Ребекка могла стать такой с ними, и Бог знает, что ей пришлось пережить с Католиком и всеми этими шлюхами, которые все время ошивались в баре. Это все могло заколить ее до мозга костей, и потому она относилась с презрением ко всем новеньким девушкам. И не только. В клубе Ангелов Ада, я не встречала ни одной жены байкера, кроме нее. Хотя, я и не знала кто кому кем является. И только сейчас я поняла насколько тяжела была ее жизнь, и что дай она слабину, ее бы загрызли. Она должна быть стервой, что бы удержать своего мужчину. И как только Гибсон подарил мне жилет, она на самом деле дала мне очень важный совет.
Так, стоп! Никакой Гибсон! Никакие Ангела Ада!
Сегодня у меня очень важный день.
Утром я был бодр, как никогда. Конечно же, я наглотался обезболивающих. Этого должно хватить на сегодня. Я предупредил Католика, что меня не будет и выехал на главное шоссе. У меня зазвонил телефон. Это был Джекс.