— Ого, прыткая. — Эврида поддернула пояс. — Я сама не умею, но вот из лука стрелять научу.
Глава 7
Утро в столице началось так же, как и всегда. Король, не отрываясь от завтрака, просматривал доставленные вечером письма. Принцы молча ели. Жена старшего, в свойственной ей манере, отсутствовала. У Эвеса нервно дергался уголок губ.
Вздохнув, Зак уставился на стол перед собой. Ему хотелось побыстрее убраться в Берси и не появляться в кругу семьи как можно дольше. Махнув слуге, чтобы ему подлили чаю, молодой человек развернул свежую газету и сделал вид, что увлечен новостями.
— Закари, кажется, это скорее тебе… — отец потянулся и бросил на колени сыну несколько листов бумаги, после чего быстро усмехнулся.
Леож нахмурился, взял письмо, оказавшееся счетом, развернул и вчитался. Список перечисленного на бумаге в две колонки вызвал у него нервный смешок, а итоговая сумма сдавленный кашель.
«Она решила, что раз не вынесет мне мозг бредовыми выкрутасами, так доконает потраченными деньгами», — про себя фыркнул Зак.
— Что? Женушка успела уже тебя разорить? — предположил Дункан и криво ухмыльнулся.
— Оплатишь? — прищурился король Джон.
— Конечно, — кивнул Зак и улыбнулся старшему брату.
— Похвально, — рыкнул Дункан и уткнулся взглядом в тарелку.
— Это моя жена и я несу за нее ответственность, — не переставая улыбаться, сказал Леож. — Раз ей это надо, то пусть. Пусть. Разорить Димитрион и меня лично не по силам одной женщине.
— Смотря какой… — хмуро вымолвил Эвес и встал.
Когда за братом закрылись двери красного дерева, король спросил:
— Опять Эврида?
— А кто еще? — презрительно отозвался Дункан.
— Смотри, Закари, не позволяй жене брата повлиять и на твою принцессу. Эврида — не лучшая компания. Испортит ведь…
— Мою рыжую портить поздно, — едва слышно пробормотал Леож, но сделал в голове пометку на будущее пресечь общение принцесс.
В Берси к завтраку мы спустились лишь тогда, когда королева уже заканчивала трапезу. Эврида сменила пропыленное платье на скромное и достойное жены принца, а я просто позволила одеть себя в первое попавшееся и уложить волосы.
Элинария, увидев невестку, лишь на мгновение позволила недовольству вырваться из‑под маски светской леди. Эврида заметила это и криво усмехнулась, садясь по левую руку от Ее величества.
— Доброе утро, мама, — пропела лошадница таким сладким голосом, что я поперхнулась кофе и уставилась на девушку.
— Доброе утро, Эврида, — процедила королева и поднялась, позволяя слугам подхватить себя под локти. — Когда ты приехала?
— Ночью.
— Одна? — тут же последовал вопрос.
— Конечно.
— Где твой муж? — прищурилась Элинария.
— Ваш сын в столице.
Королева пробормотала что‑то себе под нос и удалилась.
— Как всегда, — констатировала лошадница и подмигнула мне. — Ничего не изменилось.
— Почему… она тебя не любит? — удивилась я.