Захотелось постучать себя по голове. Знай я с самого начала подробности о династии Димитриона, то не оказалась бы, возможно, в столь глупой ситуации. И заранее знала, за кого выхожу замуж. Вот и пропускай после этого занятия…
Повздыхав еще немного, я отправилась в гардеробную и выбрала одно из платьев Эмили, которое бы смогла на себе зашнуровать без посторонней помощи. Вниз спускалась настолько тихо и незаметно, насколько это позволяли мягкие туфли без каблуков и ширина юбок. Хотелось получить назад свою одежду, но она осталась далеко отсюда, в последней гостинице.
Слуги не обращали на меня внимания. Они даже пробегали мимо, когда я не успевала спрятаться, с таким видом, будто ни одна моя шалость не напугала их больше, чем присутствие в Берси странной незнакомки.
Ориентируясь на крики, я дошла до одной из маленьких столовых и замерла на пороге, осторожно рассматривая открывшуюся картину: девушка, закинув ноги на стол, требовала от слуг принести еды и напитков, почистить своего коня и…
— Да прекратите вы пялиться, будто я зверь лесной! — свирепо гаркнула девица и рыкнула.
Я отшатнулась, но лишь на миг.
Но теперь я точно видела, что передо мной джирганнира — однажды у нас гостило их посольство, двигавшееся на запад.
— Эй, не стой на пороге, заходи! — крикнула девушка, и я вздрогнула, но уверенно вошла.
Лошадница явно давно не изучала светские манеры, но агрессии я не увидела.
— Здравствуйте, а вы кто? — В конце концов, я вполне могу спросить, раз не знаю.
— Ну, я‑то знаю, кто я, а вот ты… — девица смерила меня хмурым, но беззлобным взглядом, но, не дождавшись моего ответа, промолвила: — Меня зовут Эврида, я жена Эвеса, принца.
Ох, вот чьорт!
— А я Ализа… — я прикусила губу, выжидая, но узнавания на лице девушки не последовало, и пришлось сказать: — Жена Закари.
— О! — удивленно вздернула брови Эврида и даже сняла ноги со стола. — Я не знала, что наш шалопай женился. Где была церемония?
Говорить не хотелось. Одно дело, когда Леож сам как‑то рассказывает людям подробности. Мне же было неуютно от того, что приходиться произносить такое:
— Церемонии не было. Лишь подписание всех необходимых документов. Это договорной брак. Но Элинарии об этом знать не нужно.
Лошадница хмуро кивнула и озадаченно почесала за ухом:
— Вот как… Наверное, этого следовало ожидать.
— Я не хочу быть Заку женой, если что, но он… — решив говорить правду, а с Эвридой почему‑то хотелось поделиться, я выкладывала одно за другим, но девушка меня перебила.
— Хм… А ты надеешься расторгнуть брак? — ее улыбка, чуть снисходительная, заставила меня напрячься. — Ты знаешь, что в Димитрионе нет разводов? Вообще. Это не реально осуществить здесь. Даже если один из супругов болен, не способен иметь детей или искалечен. Только смерть разделит.
Ладно, не буду ей говорить, что как‑то подумывала об этом. Нет, не о своей смерти! А Зак… Он всегда может неудачно упасть с балкона… раза три… для верности!
— Так что не пытайся, — честно предупредила Эврида. — Да и не дадут они тебе даже попытки.
— Но…
Хотелось сказать, что лошадница не права и любого человека можно довести до белого каления, но она меня перебила:
— А что твои родители? Они ведь дали согласие на этот брак.
Я лишь презрительно усмехнулась, прошла вперед и села напротив Эвриды. Вошли слуги с кучей подносов. Пока они все расставляли и уходили, я молчала, не собираясь обсуждать свои проблемы при посторонних. Принцесса так же мне чужая, но в данную минуту мне нужен хоть кто‑то, кто выслушает и поймет. Уж явно не к Леожу за поддержкой отправляться, а в последние десять дней только этот человек был достаточно близко…
Вздохнув и заставив себя не думать о Заке, я посмотрела на девушку. Она не торопливо накладывала в широкое блюдо перед собой разные яства, кося на меня кошачьими желтыми глазами.
— Так что? Ответишь?
Я помялась, но в конце концов произнесла:
— Меня продали за долги… За папины долги перед Димитрионом.