- Что, боишься ночью ходить? - съязвил Рикки, но уверенности и напора в его голосе явно поубавилось.
- Не боюсь, ты же знаешь. Но сейчас не пойду. Ты и сам видишь, что происходит что- то странное.
На несколько секунд воцарилось молчание, которое нарушил Маркус:
- А может, мы уже того....?
- Что "того"? - не выдержал Андрей. - Ты хочешь сказать, что мы уже померли?
- Не знаю. - спокойно ответил Маркус. - Все может быть. Чудес на свете не бывает, и игрушечные автоматы во время грозы в настоящие не превращаются.
- А ну, ущипни меня - Андрей протянул мне руку. - Ой! Ну, не так же сильно! Больно ведь!
- Что - то ты больно чувствительный для мертвяка - отозвался Зондер. - А ты, Маркус, жути не нагоняй, и без тебя стремно - видишь, какая непонятка творится. Давайте, лучше свяжемся по рации с оргами, выясним, что к чему. Штольц, дай связь.
Я включил свою рацию, набрал второй канал связи - организаторский:
- Даллас! Как слышишь меня, Даллас? Ответьте кто - нибудь из организаторов. Прием.
В ответ только потрескивание радиоэфира.
- Даллас! Даллас! Орги! Кто слышит меня? Это Штольц на связи, ответьте!
В ответ тишина.
- Эй, ребята, включайте свои рации и на нашем, сталкерском седьмом канале поищем.
Вышли в эфир на седьмом канале, но услышали только друг друга, услышали четко - значит радиосвязь работает.
"Долговцы" и "свободовец" пытались выйти на своих частотах в эфир, но ответа не получили.
Мы все замолчали, не зная, что и говорить по поводу происходящего
- Эй, ребята! Да после грозы такое бывает - нарушение радиосвязи - предположил Вереск.
Вдруг в наших рациях появился слабый голос, нарушаемый помехами:
- Слышу тебя, Штольц. Это я - Манул.
- Манул! Игорь! Где ты? Где остальные ребята?
-... я один... где вы?...
- Мы в админкорпусе на станции, двигай к нам.
- Я не знаю где я, фонарь не работает. Прячусь в каких-то развалинах от дождя.
- Принял. Кто - нибудь из наших ребят на связь выходил?
- Выходили, пару минут назад, кто-то из наших, на седьмом канале, но связь оборвалась. Сколько вас в корпусе?
- Я, Вереск, Маркус, Андрюша и Зондер. И еще трое ребят. По нам молния шарахнула, по зданию, где мы сидим. Посмотри свой автомат, проверь магазин и сообщи. Как понял?
- Принял, проверяю магазин.
Мы все сбились в кучку, напряженно ожидая ответа от Манула.
- Штольц! - наконец отозвался Манул. Это был взрослый мужчина, лет сорока пяти, преподаватель в универе, человек сдержанный и серьезный. - У меня оружие настоящее, и патроны тоже настоящие. Что случилось?