Доминик поднял руку и положил ее поверх моей на пакет со льдом. Я замерла и посмотрела ему в глаза, не понимая, что же он делает. А когда его вторая рука легла на мою талию, привлекая меня ближе, по спине у меня покатился пот. Моё сердце забилось чаще, гулко ударяясь о ребра.
— Доминик, что ты делаешь? — произнесла я дрожащим голосом.
— Почему ты зовешь меня Домиником? — спросил он, игнорируя мой вопрос и мою дрожь. Казалось, мой мозг начал плавиться, а в животе запорхали бабочки.
— Потому что это твоё имя.
Он усмехнулся.
— Но все зовут меня Нико, и только мои братья — Домиником.
Я пожала плечами.
— Я не все.
Он притянул меня ближе.
— Ты мучаешь меня, — прошептал он. Его запах заполнил мой нос, заставив меня почувствовать легкое головокружение.
— Ты начал это, — парировала я, слегка покачнувшись.
Усмехнувшись, он произнес:
— Я не это имел в виду. Я хотел сказать, что ты мучаешь меня не только каждый день в школе — ты мучаешь меня постоянно, день и ночь.
Я уставилась на него в замешательстве, что заставило его рассмеяться.
— Брона, ты забралась мне под кожу. Ты сводишь меня с ума, — пояснил он.
Что? Как это возможно?
В школе я игнорировала его, как только могла, а когда он подбирался слишком близко, то физически и вербально нападала на него. Я не говорю, что горжусь этим... но и не говорю, что не сделала бы это снова.
Я посмотрела на него, сощурив глаза.
— Ты притащил меня сюда только для того, чтобы рассказать, как сильно я тебя раздражаю? Потому что, если это так, то ты бы мог сделать это ещё в школе и уберечь меня от всей этой прогулки сюда.
Он поцеловал меня!
Поправка, он все ещё целует меня.
Я открыла рот, чтобы возразить, но вместо слов с моих губ сорвался лишь стон, и теплый влажный язык ворвался внутрь. Я убрала руку от пакета со льдом, который Доминик поймал, а затем схватил мою другую руку и притянул меня к себе. Я почувствовала, что его руки направились под мою школьную юбку, остановившись на моих голых бедрах, прежде чем он притянул меня ещё ближе.
Я ахнула, а после застонала, когда он начал покусывать мою нижнюю губу. Он немного переместил меня, усадив на себя. Его правая рука была крепко обернута вокруг моей талии, тогда как левая опускалась ниже, и я поняла, почему она опускалась, когда его ладонь скользнула вокруг моей правой ягодицы.
— Доминик!
Я сама была шокирована тем, как это прозвучало. Это должно было быть возражением, однако больше походило на мягкий стон. Доминик прорычал мне в рот, а затем захватил его в новом поцелуе. Мои руки нашли его волосы, и, когда я пропустила свои пальцы сквозь его темную шевелюру, он поднялся вместе со мной, все ещё обернутой вокруг него, и, развернув нас, опустил меня на кровать, а затем накрыл своим телом.
Я знала, что это не был мой первый поцелуй, однако, казалось, что это было не так, потому что все, что я могла — это чувствовать, и наслаждаться прикосновениями Доминика.
Он прервал наш поцелуй, чтобы сесть и стащить с себя футболку. Я резко выдохнула, когда моему взору предстала его накаченная и загорелая грудь, а следом за ней — ярко выраженный пресс и более чем выраженная V-линия. Он, должно быть, тоже чертовски много тренировался!
Мои глаза переместились к его правому боку, и, когда я увидела трибальное тату3, которое тянулось от его ребер к спине, а затем поднималось до плеча, из меня вырвался стон. Хотя оно выглядело незаконченном и, казалось, должно покрывать всю правую руку.
Господи, помоги мне.
— Сядь, — приказал Доминик хриплым голосом.