Дикарь (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— О, Боже, да, — простонала я.

— Тогда расскажи мне, — настаивал он, и я могла слышать в его голосе веселые нотки.

— Рассказать тебе что? — спрашиваю я, смущаясь.

— Расскажи мне все про тот первый раз, когда ты меня увидела. Расскажи мне ту историю, моя сладкая Мойра, и тогда я обещаю подумать о том, чтобы дать тебе то, что ты хочешь.

Я бесшумно вздохнула, и мои губы приоткрылись от удивления, я закрыла глаза и погрузилась в воспоминания о путешествии по Амазонке примерно месяц назад, чтобы забрать Зака… бедного маленького потерянного мальчика, который прожил последние восемнадцать лет в примитивном, индейском племени Карайков.

Да, это был именно тот день в моей жизни, после которого все изменилось безвозвратно.

Мы продолжали свой путь дальше через джунгли. Наш гид, Рамон, шел первым, затем я и отец Гоуль. После того, как мы приземлились на маленькой воздушной площадке, которая граничит на юге с частью реки Амазонки, а на западе с колумбийско-бразильской границей, мы держали наш путь по направлению к реке Жутаи, где отец Гоуль купил старое каноэ у речного торговца. Мы поплыли на юг, вынужденные пару раз сходить на берег, чтобы преодолеть непроходимые пороги, путешествуя ещё два следующих дня до того момента, пока Рамон не сказал, что он уверен — мы на месте, и можно сойти на берег.

Мой походный рюкзак был полон необходимых мелочей, которые могут мне понадобиться до того момента, пока мы не доберемся до карайкской деревни. Вместе с этим это было моим третьим путешествием по реке Амазонке. Я была сравнительно легко собрана. С собой у меня были лишь самые важные и нужные вещи, в которых бы я нуждалась. Таблетки хлора для моей питьевой воды, складной нож, легко переносной гамак, один комплект сменной одежды для меня, набор одежды для Зака, которую я купила, используя помощь отца Гоуля в оценке его размера. А также сухие пайки в армейском стиле, которые я купила в Бразилии, перед тем как мы успели сесть на нашу «Сессну 150», направляющуюся на север.

Рамон, местный миссионер, который путешествовал с отцом Гоулем, сопровождал нас в нашей маленькой экспедиции и прорубал нам путь сквозь густые заросли зелени, которая, как мне казалось, росла повсюду. Джунгли были полны тёмных теней, так как кроны деревьев были густо сплетены над нашими головами.

Показывая вперёд, Рамон говорил по-португальски, и отец Гоуль переводил для меня.

— Смотри, видишь огни впереди. Это и есть карайканская деревня.

Я посмотрела в том направлении, куда мне указывал Рамон, там и, правда, джунгли, казалось, ярче горели огнями. По мере того, как мы продвигались вперёд, я заметила, что мы выбрались из леса и оказались на огромной грязной равнине, которая была по размеру около трёх гектаров. Несколько удлиненных домов были построены из тонких стволов бамбука — это было главной основой дома — снаружи это все поддерживалось поперечными перекладинами, находящимися под наклоном. Это было типично для большинства племенных жилищ, тут также не было никаких стен, а пол был не более чем грязной землей, по которой мы шли.

На западной стороне этой равнины я заметила, что около гектара земли было усажено зерновыми культурами. Я стала изучать племя карайканцев с коллегой, у которого был друг, живший некоторое время с ними около двух лет назад. Я узнала, что они выращивают большое количество продуктов для того, чтобы благодарить своих мужчин, вернувшихся с охоты с добычей. Это включало в себя бананы, маниоку, манго, сахарный тростник, кукурузу и сладкий картофель. Я заметила женщину, идущую от полей к их жилищу, с большой корзиной на спине. Корзина была доверху заполнена кукурузой, которая поддерживалась пальмовыми ремешками, проходящими вокруг лба.

Отец Гоуль решил, что именно он будет тем, кто введет нас в деревню. Я увидела пару женщин, которые занимались домашними делами в их длинном жилище, некоторые готовили хлеб из маниоки на горячих глиняных тарелках, стоящих на огне, некоторые нянчили детей, а остальные лежали спокойно в своих гамаках. Они наблюдали за нами с нескрываемым интересом, но никто из них не сделал ни единого действия, чтобы поприветствовать нас. Все женщины были голыми, но этого я и ожидала. Пока некоторые из этих племён имели слабые торговые отношения с миссионерами и другими племенами, у них был хоть какой-то прогресс в сфере одежды, и они даже принимали за основу такие вещи как набедренные повязки у мужчин.

Я пошла следом за отцом Гоулем по направлению к длинному дому, который как бы странно это не звучало, делился на секции внутри, размеры которых соотносились как одна четвертая от площади всего дома. Он прошел в хижину, громко говоря приветствия старому карайканскому мужчине, который лежал в своем гамаке. Старая женщина, скорее всего это была его жена, разводила огонь, где на глиняном диске была насыпана мука из маниоки.

Отец Гоуль тихо говорил с этим мужчиной на португальском языке, похлопывая его по плечу в приветствии. Мужчина улыбнулся своей полу беззубой улыбкой, что подчеркивало его морщинистое лицо. Было понятно одно: они обменивались приветствиями. Потом отец Гоуль показал на меня и сказал воодушевленно пару слов, я ничего не поняла, но чётко осознала, я была представлена.

Старый мужчина показал жестом подойти к нему, и я шагнула ближе.

— Мойра… это Парайла, приемный отец Зака.

Затем отец Гоуль повернулся опять к Парайле и продолжил говорить на португальском. Этот язык прижился во многих племенах в последнем веке, вызвано это было необходимостью общаться в диком мире Амазонки. Парайла посмотрел на меня и мягко кивнул, доброжелательно улыбаясь, и протянул мне руку. Я пожала ее, и он заговорил со мной. Когда он закончил свою речь, пожал мне крепко руку, и отец Гоуль сказал:

— Он приглашает тебя войти, счастлив принимать тебя в своей деревне. Парайла надеется, что ты немного отдохнешь, пока мужчины не вернутся с охоты, потом будет проведён большой праздник в нашу честь. Еще сказал, что он очень надеется, что ты хорошо позаботишься о его приемном сыне, но смотря на тебя, он чувствует, что ты очень хороший человек и сильная женщина, и у тебя не будет проблем в отношении Зака.

Я расплылась в приветливой улыбке Парайле и сказала:

— Отец Гоуль, скажите ему огромное спасибо. Я очень горда тем, что имею честь находиться здесь и да, я очень хорошо позабочусь о Заке, когда мы уедем отсюда.

Парайла улыбнулся мне ещё раз, затем он и отец Гоуль продолжили свой разговор. Тем временем я повернулась, чтобы рассмотреть деревню еще раз внимательнее. Здесь бегали пара худых и странных собак, у следующего длинного дома я увидела маленькую чёрную обезьянку, которая была привязана за шею пальмовой веревкой, накрученной на колышек, вбитый в землю. Один из детей кормил ее их фруктами, скорее всего, она была чем-то вроде домашнего питомца, что само по себе было очень интересным зрелищем, потому что я знала, что одним из видов мяса, употребляемых в пищу, по большому счету, было мясом обезьяны.

Положив руку мне на плечо, отец Гоуль сказал:

— Пойдем, давай разложим твой гамак, и я покажу тебе, где ты можешь освежиться. Затем ты можешь немного поспать. Праздник будет не раньше, чем через два часа, и продлится до поздней ночи.

Я кивнула и послушно последовала за отцом Гоулем, покидая дом Парайлы, страстно желая посмотреть на Зака в первый раз, когда он вернётся в деревню.

Праздник был в самом разгаре, а Зак так и не появился. Отец Гоуль сказал, когда я проснулась ото сна, что Парайла волнуется за него. Он так и не воспринял хорошо новости о том, что мы приезжаем, он был категорически против поездки с нами. Скорее всего, он и Парайла спорили на протяжении нескольких дней насчёт этого вопроса, но до сих пор не было ничего решено, согласен ли Зак вернуться со мной в Америку.

Огромный костёр развели на открытой местности всего в нескольких метрах от хижин, где поджаривались разные виды мяса. Охотники вернулись и пришли на праздник около часа назад, по моим подсчётам здесь было около двадцати двух сильных мужчин. Но Зака не было среди них. Тогда я спросила Парайлу о нем через отца Гоуля, он ответил:

— Захариас выслеживает тапира, поэтому он пока остался там. Он скоро придёт и принесёт ещё больше мяса.

Я взяла еду, которую мне передали. Она находилась в тарелочке, которой служил банановый лист. Праздник по случаю охоты был успешным, мужчины убили каймана и несколько паукообразных обезьян, они были встречены громкими возгласами восхищения от женщин, когда вернулись обратно в деревню.