Моей ожившей сказкой со счастливым концом.
Когда сверху опустилось тело мужа, я с удовлетворением вздохнула, освобождая его от последних деталей одежды. Я и сама к тому времени осталась обнаженной и разгоряченной поцелуями настолько, что превратилась в сплошной оголенный нерв. Я дрожала от любого прикосновения. На сладкое Гойт приберег прическу. Шпильки он вынимал с особым упоением, а я, зная, как он любит длинные распущенные волосы, заранее предупредила парикмахера, чтоб не использовал ни лака, ни мусса. Это было подарком на свадьбу.
Он завел мою ногу себе за спину, а потом одним сильным движением оказался внутри меня. Я с удовольствием охнула и, зажмурившись, улыбнулась, тут же получая короткий поцелуй. Открыв глаза, я посмотрела на мужа. Гойт не двигался. Знал, как мне нравятся первые моменты вместе. Я погрузила пальцы в его волосы, притягивая к себе, чтобы тихо сказать перед тем, как встретятся наши губы:
— Люблю тебя.
— А я тебя, — эхом отозвался муж.
Я обхватила его ногами, а затем началось слаженное совместное движение. Эту медленную брачную ночь я бы не забыла никогда. Настолько чутким был Гойт, настолько счастливой была я.
Настолько бесконечным выглядело наше счастье.
***
Я проснулась в холодном поту, осознавая, что впервые с момента перемещения увидела интимную сторону наших с Гойтом отношений. Боже, во сне мы занимались любовью! И что самое странное — мне это безумно нравилось. Если бы все происходило на самом деле, я бы хотела повторять это снова и снова! Неужели Механики и в этом постарались? Неужели они настолько правдоподобно воссоздали наше прошлое?
Или это мое больное воображение не желало мириться с действительностью, в которой Гойт любил другую женщину?
Чтобы отвлечься, я встала с кровати, радуясь, что Гойт спит спиной ко мне. Подхватив плед, я устроилась в кресле и укуталась, надеясь заснуть. Но не могла. Перед глазами стояло лицо Гойта и его любящий взгляд. Я испытывала чувство, будто все происходило наяву, хотя никогда прежде не оказывалась в подобной ситуации. Не знаю, было ли это на самом деле, но в тишине мне послышался разочарованный вздох Гойта. Половина ночи ушла на то, чтобы успокоить взбунтовавшееся тело.
Утром я сухо поздоровалась с ним и почти сразу же отправилась в душ. Пока рядом умывался Гойт, я не решалась выйти. Мне казалось, что, если я встречусь с ним взглядом, ему сразу все станет понятно. А как к этому относиться, пока я не успела выстроить защиту, я не знала. Поэтому я выбрала путь наименьшего сопротивления.
Когда я сушила волосы в спальне, в дверь раздался нетерпеливый стук. Я и без Мейсона поняла, кто это, и открыла почти сразу. Дилика потащила меня наружу со словами:
— Такими темпами ты пропустишь все самое интересное!
— Ты о чем? — спросила я, еще не придя в себя после сна.
— Как это — о чем? — возмутилась Дилика. — О стыковке, конечно! Давай, Анди, пошевеливайся!
Честно говоря, после бессонной ночи мне хотелось только одного: позавтракать и подремать где-нибудь в темном углу на мостике. Днем была моя очередь помогать Дексу, но, учитывая вчерашние объяснения Гойта о полете к Юпитеру, все это отменялось. Я не подала виду, как хочу прибить всех этих несвоевременно появившихся Механиков, и поплелась за Диликой. Процесс стыковки, однако, несколько притупил мой голод.
То, что я увидела, заставляло меня верить в перемещение между мирами все больше и больше. Картина, развернувшаяся перед глазами, даже отдаленно не напоминала ни один из наших фантастических фильмов.
— Огромная капля, — в голосе Дилики слышалось восхищение. Мужчины, стоящие позади нас, выглядели гораздо спокойнее. — И наша, поменьше, сейчас с ней объединится.
Когда Гойт и Декс расселись по местам и начали руководить мягким сближением, мы с Диликой почувствовали слабые колебания корабля. Потом раздался скрежет, и Декстер с широкой улыбкой произнес:
— Вуаля, прекрасные мои! Сегодня мы увидим Небесных Механиков! Ну, после того, как закончим здесь все дела, конечно.
— Анди, — позвал меня Гойт, и я оказалась рядом с ним. — Пойдем.
Муж, как я и думала, отправился со мной в стыковочный отсек. Сегодня там было тихо и спокойно. Возможно, из-за отсутствия пресловутых «рук». Проход на корабль Механиков был высотой в человеческий рост, и мы беспрепятственно переместились на территорию большой станции.
— Виктор просил не задерживаться и сразу идти к нему, — пояснил Гойт.
— За чашку кофе я даже поздороваюсь с ним, пожалуй, — кисло отозвалась я.
Муж бросил на меня пристальный взгляд и продолжил путь.
В длинных белых коридорах, похожих на те, что были у нас на корабле, попадались разные мужчины и женщины. Ничего сверхъестественного, как в случае с Декстером, я в них не видела. Однако было много людей, одетых в наряды одинаковой светлой гаммы. Мне все это напоминало форму. Мы с Гойтом выделялись на общем фоне. Но мне было спокойно оттого, что муж рядом.
Спустя некоторое время мы вышли в просторный холл, за одной из дверей которого скрывалась маленькая приемная. Честно говоря, я ожидала чего-то более необычного. А выходило почти как на Земле, только в космосе.
Космическая приемная Механиков, усмехнулась я про себя и поняла, что становится легче.
Гойт извинился и попросил подождать его на белом диване, а приветливая девушка-секретарь после короткой беседы принесла мне чашку кофе и самый настоящий земной бутерброд. Я с удовольствием смаковала на языке вкус хорошо прожаренного мяса и помидоров. И размышляла о том, что белый, в случае Механиков, учитывая их историю и способности, никак нельзя было назвать чистым цветом. Скорее, он олицетворял пустоту. Ведь Механики фактически ничего своего не творили. Они исправляли то, что было до них.