И я даже не сомневалась, что так и будет.
— Собирайтесь, детки, — велела нам Амирана. — Мы пошли веселиться без вас. Надеюсь, вы хоть ненадолго на празднике появитесь.
Какая прекрасная у меня свекровь. И намеки у нее замечательные.
— Вы еще успеете за нас постыдиться, — уверил ее Гаэрдин. — Удачно вам добраться.
— А мы?.. — недоуменно посмотрела я на Гаэрдина, когда родственники покинули дом.
— А мы не будем смущать жителей одеждой из почти столицы, — подмигнул Гай. — Пойдем. У мамы на такие случаи кое-что припасено.
Мы поднялись на второй этаж, и Гаэрдин утянул меня в комнату, чем-то неуловимо напоминающую наше жилище с мамой в Вэй-тауне. Много ткани, простой, но добротной, большая кровать, которая, казалось, занимает всю комнату, тяжелые портьеры на окнах. И старинный шкаф, наверняка скрывающий много секретов прошлого. К нему-то Гаэрдин и подошел.
— Не уверен, но, кажется, тебе должно подойти. Прости, что в спешке не позаботился о том, чтобы захватить вещи из Амрон-сити.
— Они бы все равно не подошли, — уверенно заявила я, любуясь серым деревенским платьем. — Оно замечательное. Спасибо, Гаэрдин.
Я правда им любовалась. Слишком многое здесь напоминало мне о маме. Темно-серая плотная ткань, пышная юбка и шнуровка сзади. И вырез у платья вполне неплохй. Это в Амрон-сити люди предпочитали демонстрировать свое тело, едва не пересекая грань приличий, а здесь все было мило и уютно. Только вот одно обстоятельство несколько смущало меня. Впрочем, я собиралась обратить его себе на пользу.
Быстро избавившись от верхнего платья под изумленное молчание Гаэрдина, я сняла еще и нижнее, оставаясь перед волком в одном белье. И невинно посмотрела на него, ощущая, как дурманящая волна проходит по телу с головы до ног. Сколько лет прошло, а он все также смотрит на меня с плохо скрываемым желанием.
— Здесь шнуровка, Гай. Поможешь с ней справиться?..
Его руки дрожали, когда помогали стянуть сзади ткань. Но я не собиралась останавливаться на достигнутом. Тут я была полностью солидарна с Ини — развлекаться стоило по полной программе.
Повернувшись к Гаэрдину, я уверенно начала помогать ему с рубашкой и брюками.
— А для тебя запасная одежда найдется?..
Ответом мне был судорожный вздох. И внезапно веселое:
— А ты хочешь оказаться в моей пещере раньше времени, да, Лойс? Кто же из вас с Ини еще большая лисичка…
Я рассмеялась и гораздо быстрее и помогла Гаю переодеться. Утраченные годы нашего общения требовали свое, и хотелось быть легкой и немного сумасбродной. Из дома мы вывалились, с удовольствием целуясь, и шли по улице к месту, где начинался праздник, держась за руки. Встречающиеся мужчины хвалили Гаэрдина за выбор женщины — видимо, уже успели познакомиться с Ини. Но Гай развеял мои сомнения.
— У волков не принято скрывать свое мнение или высказывать его за чужой спиной. Они действительно довольны, что я привел в стаю сильную женщину, которая родила здоровое потомство.
— Как-то это непривычно слышать после Амрон-сити, — призналась я со смущенной улыбкой. — Когда нужно было следить за каждым своим словом, чтобы ненароком не сказать лишнего или обидеть кого-нибудь.
— Думаю, поэтому ты и старалась как можно меньше общаться с мэром, — кивнул Гаэрдин. — Не бойся. Здесь можно говорить все, что душе угодно. Волки свободны. Именно поэтому с ними так хотят иметь дело.
Мы недолго искали место праздника. Высокий костер взвивался в небо посреди большого поля, наполненного жителями селения. По краям стояли широкие дубовые столы с закусками и вином в деревянных кружках.
— Когда они успели все это приготовить, Гай? — изумилась я. — Времени прошло совсем немного!
— Мы принимаем в стаю новых членов, — улыбнулся Гаэрдин, прижимая меня к себе. — Это событие, ради которого остальные дела должны быть забыты.
Я заметила Ини, веселящуюся среди других детишек. Она радостно прыгала с мальчишками, играла в догонялки и была чрезвычайно довольной, о чем не забывала периодически напоминать радостным криком. Сердце на мгновение сжалось — ей действительно не хватало вот такого свободного общения, как сейчас. Она всегда была очень открытым ребенком. Но где в Амрон-сити развивать ее дар общения? Точно не в школе, которая наполнена детьми сильных мира сего. Были, конечно, и простые, но и на них распространялось правило «следи за тем, что говоришь». А здесь… здесь была настоящая свобода.
Неподалеку зорко следила за малышкой Амирана. Каэрий стоял рядом и нежно обнимал жену. Они постепенно становились для меня идеалом семьи. Жена — внешне суровая, строгая, но на самом деле трепетно заботящаяся о муже и верно ожидающая его у окна. И муж — надежный, сильный, смелый. И великодушно смотрящий на проделки любимой женщины. Как жаль, что мои родители так не могли. Как жаль, что я этого не увидела. Быть может, стоило поговорить сегодня с Каэрием? Пока я заражена всеобщей атмосферой безумия и могу позволить себе хоть немного свободы?
— Лойс, ты как-то слишком напряжена, — притворно рассердился Гаэрдин. — Тебе надо расслабиться. Пойдем. Думаешь, я поведу в пещеру сосредоточенно размышляющую женщину?
— Это угроза? — возмутилась я, позволяя утащить меня к столу с напитками.
Гаэрдин протянул мне кружку, загадочно улыбаясь:
— Что ты, милая. Всего лишь предупреждение. Пей.