— Еще нескоро, будь спокойна, — ответил Гаэрдин. — Просто знай, что в тебе есть не только капля магии, но и дар самой природы, Ини.
Ини понятливо кивнула, а потом внезапно улыбнулась:
— А покажешь?..
Гаю не надо было пояснять дважды.
— Лойс, тебе придется позаботиться о моих вещах.
— Судьба у меня, видимо, такая, всю жизнь заботиться о том, что ты мне оставляешь, — притворно вздохнула я, принимая его рубашку.
Каэрий расхохотался.
— Наконец-то нашлась женщина, которая может заткнуть тебя за пояс, сынок.
— Две моих самых любимых женщины, — поправил его Гай.
Смотреть, как его тело трансформируется в волчье, было одновременно и страшно, и загадочно. Я подавила дрожь, зато Ини с задумчивым видом рассматривала обратившегося отца и, кажется, запомнила каждый момент трансформации. Но Ини не была бы собой, если бы не вернула себе после этого приподнятое расположение духа.
— Пап, а покатаешь меня? — озорно улыбнулась она, когда крупный волк, неуверенно переступая лапами, приблизился к ней.
И если бы я могла читать по глазам, я бы подумала, что в этот момент Гаэрдин окончательно смирился с тем, что дочь взяла его в оборот.
— Он согласен, Ини, — снова хохотнул Каэрий. — Давай я помогу тебе забраться папе на спину. А сам провожу маму к поселению, пока вы будете бегать.
Мне явственно послышался волчий вздох. Каэрий улыбался. Дорога к матери Гаэрдина началась.
Гаэрдин не рванул вперед, будто носить кого-то на спине было для него обыкновенным делом. Но с Ини они вырвались вперед, а мы с Каэрием неспешно двинулись следом.
— Спасибо, Лойс, — донесся до меня негромкий голос будущего свекра. — Никогда не видел сына таким счастливым. Королевские поручения обязывают быть сосредоточенным и серьезным, а тут Гай отводит душу.
— Не заметила за ним особой веселости, — хихикнула я. — По мне — так у него сжатые сроки по принятию на себя роли отца.
— Не сердитесь на него, если что. Но ваше появление в его жизни наконец-то встряхнуло моего вечно правильного и занудного сына.
— Занудного? — я даже голову повернула. — Никогда не поверю.
Каэрий загадочно улыбнулся:
— Это ваше положительное влияние. Пойдемте. До дома Амираны осталось совсем немного. Она живет на окраине.
А я только сейчас поняла, что впервые слышу имя мамы Гаэрдина. Амирана — «светлая, солнечная». Интересно, соответствовала ли эта женщина своему имени.
— Как вы справляетесь с тем, что приходится часто быть в разлуке? — задала я мучивший меня вопрос.
— Это сложно, Лойс. До встречи с матерью Гаэрдина я вообще никогда не думал об этом. Потом пытался разорваться между семьей и долгом. А потом Амирана приняла для себя решение вернуться в поселение волков, и теперь я навечно привязан к ней. Где бы ни был, куда бы ни закидывала меня судьба, маяк, который указывает мне дорогу домой, всегда находится здесь.
— Раньше вы пробовали жить в столице?
— Да, у меня есть там личные апартаменты. Но жена слишком вольная натура, чтобы соблюдать условности высшего света. В этом мы солидарны.
— А любовь? Вам удалось сохранить любовь до сих пор?..
— Вы сейчас сами все увидите, — подмигнул Каэрий.
Мы подходили к концу поля, вышли на небольшую дорогу, и навстречу стали попадаться люди. По тому, как они были сложены — с развитыми мышцами, немного звериными движениями — я догадалась, что это были оборотни, идущие из поселения. Они с любопытством разглядывали Ини на спине Гаэрдина и улыбались, здороваясь с Каэрием. Я удостаивалась обычно легкого кивка головы, на который отвечала так же.
— Быстро учитесь, Лойс, — похвалил меня Каэрий. — Это жители поселка Амираны, нас с Гаем они знают. Наверняка уже почуяли в Ини родную кровь.