Ковбой и сладкие сердца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тебе не сделают больно, если ты не откроешь сердце.

Но я никогда не выбирала безопасный путь. И мудрой я стала… всего несколько дней назад.

Я беру у него конфетные сердечки.

Когда наши пальцы соприкасаются, я вдруг слишком ясно ощущаю, как он близко. Как легко он мог бы наклониться — и тогда его губы оказались бы на моих.

Но он не наклоняется.

Он отталкивается от машины, напоследок стукнув костяшками пальцев по металлу. Я слежу за каждым его движением, пока он уходит. Прямая линия его сильных плеч, спокойная уверенность в походке, то, как он оглядывается на меня, направляясь к своему пикапу.

А потом я вылетаю с парковки так, будто сам дьявол гонится за мной по пятам.

Дьявол, чьи глаза случайно оказались цвета моря.

Глава 4

Непроницаемое лицо

В тот самый миг, когда я распахиваю входную дверь, холодный мокрый нос утыкается мне в ладонь. Темные глаза Бастера смотрят на меня с обожанием, и он тихо фыркает в знак приветствия.

— Привет, дружище, — шепчу я, опускаясь на колени.

Я обнимаю его за огромную шею, и он лизнул меня в щеку.

Я морщу нос и понижаю голос.

— Ты пахнешь беконом, хитрый старый пес. Папа опять тебя подкармливал? Разве он не знает, что ветеринар назначил тебе особую диету?

Бастер снова фыркает — так, как делает всегда, когда ответ «да».

Конечно, на оба вопроса.

Телевизор мерцает, освещая нашу маленькую гостиную. Папа, как обычно, спит в своем кресле-качалке.

Мой взгляд скользит по комнате и останавливается на белом шкафчике-витрине, заполненном фигурками бабочек из хрусталя, фарфора и эмали.

Их собирала мама. По крайней мере, так говорят.

Я столько лет перебирала их в руках, одну за другой, пытаясь понять, почему она выбрала именно эту или ту. Они хрупкие и красивые. Каждая — особенная.

Когда-то ей были дороги такие маленькие красивые вещи.

Когда-то она была частью этого дома.

Когда-то — в те времена, которые я хотела бы помнить — мама держала меня на руках и заботилась обо мне.

Может, я просто обманываю себя, но мне нравится думать, что она тоже меня любила.

Осторожно я забираю пульт из папиной руки. Сейчас три часа ночи, и по телевизору идут одни рекламные передачи. Я выключаю его.

Комната погружается в темноту. Бастер со вздохом устраивается в своей привычной вмятине на диване.

Из кресла перед телевизором доносится храп. Папа раскинулся и спит — насколько это вообще возможно для него теперь.

С каждым годом его спина болит сильнее, и спать ему удобнее полусидя.

Мне не нравится думать о том, что папа стареет и с каждым годом страдает все больше. От этих мыслей мне страшно и беспомощно, как маленькой девочке.

Он — моя единственная семья.