— Лика сказала,
что в семейной жизни главное — уметь облизать банан, а у меня не
получается. Значит, ты меня бросишь, — девушка горестно вздыхает, и в этом
вздохе столько детской обиды, что Стас прижимает к себе, словно хочет спрятать
от всех глупостей мира и тихо шепчет что-то на ухо.
Андрюха, как всегда закатывает глаза, а Олег
начинает дико хохотать, и его смех звенит в ушах, перекрывая даже музыку.
— Я же говорю,
стопудовый вариант, — хохочет он.
— Эй, Мышка, а у
рыжей получилось? — Андрей привлекает внимание Литы, уже выбравшейся из объятий
мужа и стоящей рядом с пылающими от смущения щеками.
— Женя? Она даже
пробовать не стала, назвала Лику проституткой и… Ой! — Лита хватается за рот,
словно вспоминает о чём‑то важном. — Я отдала ей нашего водителя, Стасик. Мы
теперь домой не попадём. А я так хочу домой, здесь слишком шумно.
— Ну что ты,
Малыш, мы найдём нового водителя. Поехали, — Стас прощается, уходит с женой, а
ошалевшие девчонки провожают их взглядом, перешёптываются, и в их шёпоте
столько суеты и растерянности, что становится ясно: вечер выходит из‑под
контроля.
— Думаю, пора
объединяться, — сообщаю мужикам. Подхожу к Злате и без разговоров целую её.
Просто наклоняюсь, провожу ладонью по волосам и ловлю её губы губами.
Податливые губы
пахнут фруктами и клубничным сиропом, Злата расслабленно отвечает на поцелуй,
наслаждаясь каждым мгновением, полностью отдавая мне контроль, и в этом её доверии
столько тепла, что оно пробирает до мурашек.
— Эй, ты охренела!
— в сознание врывается возмущённый женский голос. — У тебя через пару дней