Чёрный ратник 7: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Соловьёв обошёл загоны по кругу и остановился у южного угла, где жерди были примотаны к вбитым кольям.

— Тим, здесь замков нет, — сказал он. — И верёвок для людей тоже нет. Ни одной.

Я подошёл и осмотрел сам. Он был прав: на жердях не осталось ни петли, ни следа от узла, а земля у выхода из загона лежала нетронутая, без борозд от каблуков.

Сорок три человека провели в этих загонах несколько дней и не сделали ни одной попытки выйти.

Мы разошлись по лагерю и начали осматривать все внимательнее.

Ярослава нашла у второго костра котомки, сложенные в кучу, и распустила верхнюю. Внутри лежали чистые рубахи, деревянный гребень и завёрнутый в тряпицу ломоть хлеба, зачерствевший до каменной твёрдости.

— Вещи деревенских, — сказала она. — Значит, в Храбровке они шли из дворов и брали, что успели взять.

Матвея я нашёл у стены крайнего дома, шагах в сорока от лагеря.

Он стоял неподвижно, опустив щит на землю, и смотрел вниз, на человека, который лежал между камней.

Старик пролежал здесь не меньше суток. Он был в исподнем, босой, и руки у него были раскинуты в стороны, ладонями вверх. Ран на теле я не увидел ни одной. Рот у старика остался открытым, и от середины груди к плечам и дальше по рукам тянулись тонкие чёрные линии, уходившие под кожу.

Я присел рядом и осмотрел тело. Работа была та же, что на дороге к Кручинино и в Храбровке. Никакого оружия, никакой борьбы, только заклинание внутрь.

— Думаю, он шёл в колонне и очнулся раньше срока, — сказал я, поднимаясь. — Как тот мужик на пустыре. Только с ним возиться не стали.

— Почему одних они ведут за руку, а этого просто убили? — спросил Матвей хмуро.

— Старик им не годился, — отозвался я, чувствуя, как черная аура внутри закипает. — Им явно нужны не все подряд.

Матвей нагнулся, поднял с земли шапку старика и положил ему на грудь. Зелёная аура шевельнулась и осела.

Пустырь под башней мы оставили напоследок.

Я ожидал увидеть выжженный круг, как оставляют сильные заклинания, но земля здесь была просто утоптана. Трава лежала в одну сторону, к середине, и по всей окружности из грунта торчали колышки в ладонь длиной, вбитые через каждые пять шагов. Всего я насчитал двенадцать. Четыре стояли на местах, остальные выдернули, и ямки от них остались открытыми.

Я вытащил один. Колышек был из тёмного металла, с рунными отметками по всей длине, и он оказался тяжелее, чем должен был быть. Я повертел его в пальцах, и в этот момент подвеска у меня под рубахой потеплела.

Сначала слабо, потом ощутимо, до неприятного. Я вынул её наружу. Бляха из чёрного металла лежала на ладони и медленно грелась, как бывало раньше рядом с осколками алтаря.

Подвеска искала только одно: чёрную ауру.

Я обошёл круг с колышком в одной руке и подвеской в другой. Тепло держалось у самой середины и слабело к краям, и сильнее всего бляха грелась там, где стоял маг в плаще, пересчитывавший людей.

Здесь работали с силой моего рода. И просто так это оставлять я не собирался.

— Собираем всё, что можно унести, — приказал я. — Всё, что найдёте вокруг. Соловьёв, посмотри северную сторону, там стояли телеги.

В землянке под башней Ярослава нашла стол, сколоченный из досок настила, и на столе лежал придавленный камнем лист.

Она вынесла его на свет и прочитала вслух.

— Здесь столбцы. В левом числа по дням, за две недели. В правом тоже числа, поменьше. Одиннадцать, девять, шесть, четырнадцать, — она провела пальцем вниз. — А в самом низу подведено: сорок четыре.

Ярослава опустила лист.

— Ровно столько, сколько мы насчитали на пустыре, — сказала она. — Тим, это не первая их деревня. Храбровку они собирали последней, а до неё явно были другие, и их считали так же.

Я молча взял у неё лист и убрал за пазуху, к подвеске. Матвей подошёл к нам и, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Тим, — сказал он, — надо идти за ними сейчас.