Лицо Шейдара потемнело. Он снова злился.
- И это мне вместо благодарности? – возмутился он.
В глубине души я понимала, что может, и стоило сказать хотя бы «спасибо», но меня уже было не остановить.
Я ткнула ему в грудь указательным пальцем и гневно заявила:
- Подарки – это то, что дарят бескорыстно! За них не требуют платы! К тому же, я его у вас не просила! Поэтому не считаю себя обязанной чем-то за него расплачиваться. Так что имейте в виду – я не ваша рабыня, чтобы слушаться каждого вашего самодурного… самодурацкого… самодурственного приказа! И при первой же возможности я от вас сбегу на свободу, и буду благодарить небеса за то, что дали мне освободиться из этой разукрашенной тюрьмы, где с людьми обращаются, как с вещами!
Он не прерывал мою гневную тираду, только играл желваками и смотрел так, будто решал, сразу мне голову открутить, или погодя.
Выговорившись, я остановилась, тяжело дыша. И какое-то время мы буравили друг друга ненавидящими взглядами.
А потом тишину прервал мелодичный, глубокий женский голос.
- Милая, скажи, ты видишь то же, что и я?
- О да, маман! Но ты не переживай, я тоже глазам своим не верю. Ни разу в жизни не видела, чтоб какая-нибудь девушка абсолютно не боялась моего чокнутого братца!
Глава 17
Глава 17
- Это не девушка, это секретарь, - машинально поправил Шейдар напряжённым голосом.
А потом поспешно убрал от меня руки и выпрямился.
Резко развернулся.
Я осторожно выглянула из-за его массивной туши, чтобы разобраться, что к чему. И что это за новые действующие лица нашей трагикомедии пожаловали. Судя по всему, дракона появление этих двух дам – а голоса явно были женские! – сильно напрягло.
- Что вы здесь делаете? – спросил он жёстким тоном.
Кажется, незнакомки явились без приглашения.
Я не могла не порадоваться втайне, что теперь злость этого вечно недовольного существа будет направлена на кого-нибудь другого, кроме меня. Может, забудет ненадолго, что планировал мне голову открутить…
- Это так ты разговариваешь с любимой мамочкой? – ехидно поинтересовалась первая из дам, и я ошарашенно уставилась на неё.
Ох, ничего себе!
Драконья мать выглядела… шикарно она выглядела! Если б не изысканная седина тщательно уложенных в высокую прическу волос, я бы в жизни не сказала, что у этой потрясающе красивой женщины такой взрослый сын. Стройная, как тростинка, высокая, статная, она завораживала аристократическим изяществом каждого движения, позы, поворота головы.
А ещё эта драконица с таким интересом разглядывала меня, что я даже не сразу обратила внимания на девушку позади неё.
- Да он, по-моему, уже забыл, как мы выглядим! – обиженно воскликнула она.
Это было самое прелестное создание, какое я только видела.
Хорошенькая брюнетка с живыми карими глазами, в которых плясали лукавые искры – а пухлые губы как будто всё время готовы были улыбаться. Канареечно-жёлтое платье удивительно её шло. Во всём облике этой юной богачки отчётливо читалось, что это избалованная, залюбленная, ни в чём не знающая отказа девочка, которая родилась с золотой ложкой во рту.
Я таких навидалась в пансионе. Они искренне полагают, что мир вертится вокруг них, зла не существует, потому что любую кусачую дворнягу достаточно просто накормить и погладить, чтобы она сразу стала доброй. А маньяк – это просто невезучий человек, которого в детстве обижали.
Неприспособленное к жизни, тепличное существо. Нищенок вроде меня обычно такие надменно не замечали. Я напряглась, когда поняла, что и эта пялится на меня во все глаза.
Шмыгнула за спину Шейдару и решила переждать там. В конце концов, моё дело маленькое – я тут всего лишь секретарь. Немногим больше, чем прислуга.
А всё-таки, откуда у меня такое чувство, будто лицо этой канареечной леди мне знакомо?