Сказала и замерла испуганно.
Это «ты» сорвалось с моих губ так непринуждённо и так интимно, и звучало так правильно, что почему-то смутило до глубины души.
Шейдар ничего не сказал, но уверена, заметил. Его пальцы остановились на мгновение. А потом продолжили играть моими волосами.
- Если ты заботишься о своей репутации, тебе пора уходить из моей постели, - задумчиво проговорил он. – Скоро начнут бегать туда-сюда горничные и лакеи.
Я вдруг осознала, что прямо сейчас репутация – последнее, о чём я думаю.
Все мысли совсем о другом.
Я приподнялась на локте и задумчиво посмотрела на губы дракона.
Сколько уже прошло времени, как мы целовались?
- Меня пугает твой целеустремлённый взгляд, - проворчал Шейдар. А в глазах уже вспыхивали зелёные искры. Мерцающий колдовской огонь, отражение внутренних бурь.
Как странно.
Я всегда думала, что любить мужчину – это испытание, боль и драма.
Возможно, всё это ещё ждёт меня впереди.
Но прямо сейчас это ощущается как всепоглощающее счастье и плавящая нежность. И хочется, чтобы сильные руки вечность обнимали вот так. И чтобы гулкий стук чужого сердца под моими ладонями.
Я потянулась кончиками пальцев и коснулась колючей щеки.
Затаив дыхание, медленно повела вниз. До плотно сомкнутых, красиво очерченных губ.
- Молли! – угрожающе проговорил дракон. Как будто предупреждал – не лезть на рожон.
- Что? – я сделала непонимающую физиономию. – Не только на тебя действует зелье. У меня тоже… побочные эффекты.
Целоваться хотелось до безумия.
А упрямая линия губ как на зло оставалась непреклонно сжатой.
Значит, из принципа не собирается меня целовать?
Я приподнялась чуть выше.
- Молли, - обречённо вздохнул Шейдар. И обнял меня поудобнее за талию обеими руками. Я уже почти лежала на нём.
- Все претензии – к принцессе, - прошептала я. – Мне-то всего лишь хотелось напоить тебя отворотным зельем.
Интересно, что было бы, если бы мой изначальный план удался?
Отворотное зелье смогло бы перечеркнуть мои такие робкие, едва зарождающиеся чувства? Я бы возненавидела этого дракона? Мне бы стали противны его прикосновения, я бы избегала его близости, я бы ещё сильней хотела сбежать от него? А он бы с радостью поскорее от меня избавился?
От мысли, что вот этого самого момента могло никогда не случиться, мне вдруг становится страшно.
От мысли о том, что он никогда больше не повторится, кровь разгоняется по телу жаркими толчками всё быстрее и быстрее.
У меня есть только этот миг.
Я не хочу думать о будущем.
Я хочу проживать сполна тот единственный миг, который есть у меня сейчас.