Жена незнакомца: читать начало книги онлайн

Anna-Lou Weatherley

THE STRANGER’S WIFE

Copyright © Anna-Lou Weatherley, 2020

This edition is published by arrangement with Darley Anderson and Associates Ltd and The Van Lear Agency

© Пер. с англ. яз, Е. Парахневич, 2026

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Пролог

Июнь 2018 года

Что-то не так. В доме – тишина. Слишком густая, почти пугающая. У Лоулеров не бывает тихо, ведь здесь живет четырехлетка, которая носится повсюду, словно маленький смерч. Даже если Лили, утомившись, спит после обеда (перед школой надо будет избавлять ее от этой привычки), всегда есть какие-то посторонние звуки: то бормочет днем телевизор, то играет радио, которому подпевает Марта, то тихонько гудит бытовая техника.

– Эй, есть кто дома? – зовет Бет почти машинально, бросая ключи с сумкой на столик в прихожей и стаскивая с ног кроссовки, хотя была она вовсе не в спортзале. – Марта? Ау-у…

В глубине живота зарождается легкое чувство тревоги: пока еще не страх, но что-то к нему близкое.

– Марта?..

Бет снова зовет домработницу. Впрочем, Марта уже не простая прислуга: она и няня, и подруга в одном лице. Эти обязанности не были прописаны в договоре, но сложились сами собой, за что Бет не перестает благодарить судьбу.

Идея нанять помощницу принадлежала Эвану.

– Я хочу, чтобы ты занималась одной только Лили, – заявил он тогда. – Не хватало еще тратить силы на грязную посуду и уборку. Для черных дел мы можем взять прислугу.

Для большинства женщин такие слова прозвучали бы будто песня. А вот Бет, надо сказать, приуныла. Она мечтала через полгода после родов снова выйти на работу в больницу, хотя бы на полставки.

– Тебе незачем трудиться медсестрой, – сказал Эван, когда она уходила в декрет. – Теперь у тебя будет самая важная и замечательная работа на свете. А в деньгах мы не нуждаемся, правда?

Однако тоска не унималась: Бет скучала и по коллегам из больницы, и по ощущению собственной значимости. Поэтому Марта стала для нее настоящим спасением. Лили росла капризным ребенком: ее постоянно мучили колики, отрыжка и бессонница. Первый год жизни дочери Бет провела как в тумане, сотканном из усталости и раздражения. Без Марты она, наверное, не справилась бы – попросту не выдержала бы нагрузки. Они с Мартой быстро нашли общий язык: добрая умная норвежка с тонким чувством юмора и бесконечным терпением стала для Бет родным человеком. Та доверяла ей безоговорочно, даже поделилась своими самыми потаенными секретами.

Бет снова зовет Марту, но в ответ – лишь холодная звенящая тишина. Коляска стоит в прихожей, «Фиат» Марты – на подъездной дорожке. Странно. Все говорит о том, что что-то не так. Бет, перескакивая через ступеньки, поднимается по лестнице, время от времени выкрикивая имя домработницы. Настоящей тревоги пока нет – только смутное беспокойство.

Дверь в детскую закрыта, и хозяйка дома открывает ее с непривычным волнением. В комнате темно; дорогие шторы ручной работы с рисунком в виде единорога плотно задернуты и не пропускают ни единого лучика света. На цыпочках Бет подходит к кроватке и, заглянув внутрь, с облегчением выдыхает: дочка спит. Лили чуть шевелится, словно почувствовав появление матери, и Бет торопливо отступает. Она разглядывает идеальное личико дочери издалека: глазки у той закрыты, и темные, совсем как у нее самой, ресницы, мягко загнутые кверху, лежат аккуратными галочками. Лили – красивая девочка, все так говорят, и Бет ею очень гордится. Она хочет погладить дочку по голове, но боится разбудить. Волна любви, накатившая при виде спящего ребенка, быстро сменяется мучительным чувством вины, которое терзает ее изнутри, выворачивая желудок наизнанку. Лили ведь простит ее, правда? Ей всего четыре года, она ничего не поймет. А когда вырастет, то во всем разберется. Бет хочет унять свою совесть, однако чувство вины никак не уходит. Такое ощущение, будто она предает родную дочь. Но ведь это вовсе не так…

Бет делает глубокий вдох, избавляясь от гнетущих мыслей, и замечает на пеленальном столике рядом с кроваткой радионяню. Индикаторы не горят. Значит, выключена. Странно. Марта никогда не оставила бы Лили без присмотра: дом слишком большой, и она всегда включает радионяню, чтобы услышать, если девочка вдруг проснется и заплачет.

Тревога внутри растет, оттесняя чувство вины. Бет снова зовет домработницу, уже настойчивей:

– Марта! Ма-ар-р-та! Ты где?

Тишина. Мертвая, звенящая.

Выйдя из детской, Бет заглядывает в ванную – просто так, на всякий случай, – затем в комнату Марты, но и там пусто. Она спускается по лестнице, нервно встряхивая светлыми волосами. С каждым шагом тревога все сильнее.

– Марта!

В гостиной чисто и пахнет моющими средствами, но никого нет. В туалете для гостей – тоже. Недоумение быстро перерастает в панику, и Бет идет в главную комнату дома: просторную кухню-столовую. На дубовом столе – открытый ноутбук, который она оставила утром. На спинке стула висит пестрая сумка Марты, купленная на рынке в Камдене. Домработница не взяла ее с собой. Значит, где-то рядом.

Раздвижные двери в сад открыты. Еще одна странность, ведь на улице прохладно и, несмотря на конец июня, моросит дождь. Бет выходит на порог и оглядывает ухоженный сад – пусто. Она закрывает дверь, поворачивает ключ в замке. Растерянно качает головой. Даже если предположить невероятное – что Марта, например, на пять минут выбежала в магазин, бросив подопечную одну, – она ни за что бы не оставила двери нараспашку. Может, они открыты с самого утра? Бет пытается вспомнить. Нет, когда она уходила, двери были заперты. С чего бы отпирать их потом?

Неожиданно в груди закипает раздражение. Неужели Марта вдруг проявила безответственность? Ей доверили ребенка и дом – все самое дорогое, что есть у Бет, всю ее жизнь, можно сказать!

Бет пытается отогнать нарастающий страх. Может, Марта оставила записку? Однако на кухонном столе пусто. Марта знает ее расписание лучше ее самой. Она в курсе, куда сегодня ездила подруга…