— Через библиотеку и тоже в лабораторию. И без того полдня на помойку. Ни лекций нормальных, ни практики. Одна нервотрёпка. — Я покосилась в сторону Кейрана.
Он как раз поднимался из-за стола. Селеста тоже вскочила и сразу же вцепилась в его локоть, точнее, попыталась. Кейран выпрямил руку, небрежным жестом стряхнув с себя подругу и, ни на кого не глядя, быстро вышел из столовой.
Я выдохнула от облегчения. Кто бы ни устроил ему подлянку второй раз, зелье было настроено не на меня. Оставалось надеяться, что и флакон с моими инициалами второй раз не подбросят.
Ели мы молча. Лия одной рукой держала вилку, а другой — набрасывала в тетради пункты неоконченного плана. А я думала о Кейране.
Интересно, к чему был вариант с некачественной Петлёй?
Можно предположить, что первый, с моим флаконом, — это подготовка для отвода глаз, а второй — настоящий.
Сегодня день самостоятельной работы, а значит, меньше шансов, что второе отравление заметит кто-то из преподавателей. А если всё же заметят, то спишут на утренний случай. В крайнем случае отправят к целителям.
Внешние проявления зелья исчезнут уже к вечеру, а действие приворота продлится, в зависимости от концентрации состава, от недели до месяца. За это время девушка успеет выскочить замуж.
Должна ли я предупредить этого хама и отправить его к целителям, или пусть всё идёт как идёт?
Лия поела раньше всех и, бросив: «До вечера!», выскочила из столовой.
— Марк, а ведь мы должны предупредить либо Кейрана, либо кого-нибудь из профессоров.
— Тебе больше всех надо? Забыла, как он обошёлся с тобой этим утром? Тебе не кажется, что он заслужил такую судьбу?
Я вспомнила слова Маркуса о «презренном аристократишке» и покачала головой.
— Мне он тем более неприятен, но так нельзя.
Маркус пожал плечами.
— Ну смотри сама, я не пойду. А ты странная. И вообще, тебе сейчас о себе думать надо. Не так много людей, кому выдавали эссенцию огненного корня. И мы с тобой в их числе. Идём?
Я отставила тарелку с почти нетронутой едой и подхватила свою сумку.
— Идём.
Маркус был прав: прежде всего, проверю компоненты в личном сейфе, заодно возьму нужные для сегодняшней работы. А потом зайду к профессору Мерфи и предупрежу его. Сама для Кейрана ничего готовить не буду — пусть целители с ним мучаются.
Через пять минут мы с Маркусом уже стояли перед дверью в Хранилище запретных ингредиентов.
Охранник на входе лишь кивнул нам, узнавая, но и от правил не отступил. Порядок есть порядок.
Мы предъявили свои индивидуальные жетоны, затем по очереди приложили ладони к металлическому диску с выгравированным изображением золотого сечения. Я ощутила знакомое покалывание в пальцах. Щелчок — и тяжёлая дверь пропустила нас внутрь.
Небольшое, лишённое окон помещение Хранилища вмещало около двадцати тяжёлых металлических шкафов, встроенных прямо в каменную кладку. Стоило мне и Маркусу разойтись по своим точкам, как из-под потолка опустилась плотная магическая дымка, окутывая каждого из нас индивидуальным непроницаемым коконом. Это была стандартная мера безопасности: пока дверца сейфа открыта, никто не сможет увидеть его содержимое.
Я протянула руку к магическому замку и замерла.
Обычно охранный контур отзывался на моё прикосновение мягким, едва ощутимым теплом. Сейчас же замок сопротивлялся. Подушечки пальцев обдало холодом, будто кто-то пытался взломать контур и оставил на нём энергетические «зазубрины».
Когда дверца со щелчком распахнулась, сердце пропустило удар.
Эссенции огненного корня стало заметно меньше, а уровень пыльцы синего аконита в соседнем флаконе опустился почти на четверть.
«На первый раз я не применю к вам дисциплинарного взыскания за халатность», — словно наяву прозвучал в голове строгий голос ректора.
— Тьма… — беззвучно выдохнула я.
Вот я попала!