― Но ты работаешь слишком много. Ты не обязана…
― Мне нравится чувствовать себя занятой, ― возражает та.
― Ну давай я тебе хоть массаж сделаю, ― предлагаю, потому что внутри вдруг загорелась мысль, что я умею это делать и очень хорошо. Может, в той прежней жизни я занималась чем-то подобным?
― Массаж? ― приподнимает брови та. ― А вы умеете?
― Ну… да, ― пожимаю плечами.
― А где учились? ― Она шире раскрывает глаза. ― Женщины ведь не учатся на лекарей…
Тихо вздыхаю. Кажется, не стоило предлагать. Один шаг не туда ― и меня раскроют. Не хочу, чтобы кто-то кроме Морлена еще знал, что я ― не Фэй.
― Читала медицинские книги из библиотеки, ― выкручиваюсь, как могу.
― Но для массажа нужна практика, одного чтения недостаточно…
― Вот что, давай я покажу тебе, что умею, и ты убедишься, что достаточно, ― прерываю я этот нескончаемый поток сомнений. Лидию можно понять, мое поведение порой кажется странным. Но она не знает о Фэй всего, так что пусть принимает как данность.
― Ну, хорошо, ― улыбается она, и мне сразу становится легче.
Усаживаю ее на стул, после чего осторожными движениями массирую и разминаю затекшие от физической работы плечи: Лидия ведь не только ходила и командовала, но еще и помогала, где могла. Девушка заметно расслабляется и прикрывает глаза.
А я чувствую себя все более уверенно, будто занимаюсь тем, что умею очень хорошо. Правда немного мешают слишком тонкие и хрупкие пальцы Фэй. У меня, кажется, были крепкие руки и короткие сильные пальцы. Но имеем то, что имеем.
Может, для массажа это тело не слишком подходит, но я бы не хотела снова стать неповоротливой толстушкой, которая не может скинуть и пяти килограмм.
― Ох, спасибо, как заново родилась, ― восклицает Лидия, когда я заканчиваю облегченный сеанс массажа мягкими поглаживаниями. ― Это не вы, а я должна благодарить вас, госпожа, за ваше доброе сердце…
― Да брось, ― усмехаюсь, а потом подаю ей руку. ― Пойдем-ка лучше пообедаем, пока наши работники все не съели!
Лидия не заставляет себя долго ждать. А после обеда я собираю всех вокруг стола, чтобы записать всех по имени и раздать обещанную плату.
Теперь мне активно помогает Финн, который принес чернильницу, побольше бумаги, а Лидия сбегала за медяками: дворецкий был так добр, что разменял мои золотые без лишних вопросов.
Работники забавно ставят одинаковые крестики вместо росписи возле своего имени. У большинства из них нет фамилий, в отличие от человеческой знати и драконов. Процесс меня затягивает настолько, что я не сразу слышу знакомое постукивание трости о каменный пол и не сразу замечаю, что в воздухе будто повеяло холодом.
― Что здесь происходит? ― слышу недобрый низкий голос с хрипотцой и оборачиваюсь.
Аллард Морлен стоит позади меня с искаженным от ярости лицом.
27 глава
Аллард меряет ногами кабинет, насколько это возможно с его хромотой. Каждый шаг отдает болью, но так даже и лучше ― ведь куда сильнее болит душа при мысли, что время уже на исходе. Неизвестно, какое чудо поможет Дэвиану.
Осталось меньше месяца до следующего, двенадцатого затмения луны, когда разум брата невозможно будет вернуть. Если Ашер не скажет правду, не захочет содействовать, надежды больше не останется.
А еще эта девушка… которая не Фэйлин. Откуда она взялась на его голову?
Аллард что-то слышал о применении темной магии и переселении душ из одного мира в другой, но никогда не сталкивался с этим вот так близко.
И почему именно Фэй? Почему она?
Вчера, когда он узнал, все внутри вскипело от боли и злости на неизвестного мага, который позволил себе такие жестокие игры с чужими судьбами. Но почти сразу он осадил себя. Ведь он сам, похлеще мага, заигрался и был готов на многое, только чтобы добиться своего.
Фэйлин Ашер. Удивительно, как простоватая, но милая и искренняя девушка родилась в такой гнилой семейке. Сейчас как наяву он слышит ее нежный голосок: «Мне нравится бывать на кладбище и говорить с умершими ―онименяслушаютинесчитаютдурочкой».
Ни капли лжи. Таких, как она, легко обидеть. Аллард считал ее святой и не решался даже прикоснуться. Правда, один раз пришлось. В самый первый, когда бедняжка испугалась его мрачного вида и потеряла сознание.