Продолжаю наблюдать за этими двоими, зависая как раз над ними в воздухе.
Аллард замирает. Останавливается. Берет ее за руку…
― Нет, ― тут же отталкивает ее. ― Это невозможно. Мы не должны больше здесь встречаться.
― Но я…
― Все бессмысленно, как вы не понимаете?
― Это вы не понимаете! ― Фэй не пускает его, ее зеленые глаза горят. ― Вы не знаете всего…
― Что я еще должен узнать?
― Я… ― запинается она и густо краснеет ― чуть ли не в тон своих волос. ― Я знаю, что вы прячете в подвале.
Аллард останавливается. На его лице мелькает непонимание. Он открывает рот, будто хочет спросить, но передумывает.
― Хотя вы были у меня и не раз, не помню, чтобы я проводил экскурсию по всему замку вплоть до подвала, ― пренебрежительно кривит он губы, но в глазах мелькает страх. Страх, что его самые ужасные опасения окажутся правдой.
― Это неважно, ― мотает она головой так, что волосы разлетаются, выбиваясь из прически. ― Там… дракон. И знаете что? ― она смотрит на него доверчиво, ― я догадалась, что это ваш брат Дэвиан и он…
― Вы не могли ходить по замку без моего разрешения и ведома! ― перебивает тот, глаза его сверкают. Он хватается за трость так, будто собирается пустить ее в ход, но я хорошо знаю Алларда ― он на такое не способен. Только пугать мастак.
― Простите. ― Она опускает взгляд. ― Мне давно казались странными эти слухи о призраке, а однажды, когда я пришла навестить сестру, я сама услышала звон цепей и…
― Что вы сделали? ― наступает он на нее, из-за чего Фэй приходится пятиться.
― Не сердитесь, ― смотрит она так доверчиво и наивно, что это должно растопить любое сердце. Но не Алларда. ― Я спустилась вниз, взяла ключ…
― Вы понимаете вообще, как это опасно? ― шипит тот, не давая ей договорить.
― Ничего опасного, ― лепечет та. ― Дракон такой милый… поначалу он вел себя… ну, как дракон. А потом начал меня понимать и перестал бояться.
― Мой брат сошел с ума, ― отрывисто произносит тот. ― Запертые драконы ничего не понимают…
― Нет, вы ошибаетесь! ― восклицает она и тут же прижимает руки ко рту, будто пугаясь звуков собственного голоса.
― Да неужто! ― Голос Алларда приобретает угрожающие нотки.
― Вашего брата еще можно спасти! ― с фанатичной уверенностью произносит она.
― Вы не смеете…
― Просто послушайте, ― быстро проговаривает она, боясь, что снова перебьют. ― Нужно с ним разговаривать… да, ― кивает она, ― как можно больше. Он отлично все понимает и даже отвечает… правда-правда! ― Она смеется, и ее голосок, как колокольчик звенит, а потом замолкает. ― Очень скоро он вспомнит ― все вспомнит, кто он такой, и превратится в человека.
Фэй замолкает, очень довольная собой. Она выглядит, по меньшей мере, как гений, который совершил открытие века.
Да только Аллард так не считает.
― Как вы посмели, ― угрожающе начинает он, ― прийти в мой дом, рыскать, лезть, куда не просят! Я был о вас лучшего мнения.
― Но я… я же не сделала ничего плохого. ― Фэй растерянно смотрит на него. ― Я говорила с драконом, гладила его, кормила камнями… он постоянно голодный, ― вздыхает она. ― Но еще больше ему нужно, чтобы рядом кто-то был… понимаете?
― Нет, ― жестко отвечает Аллард, выпрямившись. Невооруженным глазом видно, как ему больно стоять, но как будто он хочет усилить эту боль, перенеся вес на поврежденную сторону. ― Хотя… я понял одно, ― в его глазах мелькает стальной блеск. ― Не стоило мне водить дружбу ни с кем из семьи Ашеров. Все, как один, подлые, своенравные, ищущие своей выгоды!
Фэй, в ужасе прижав руки ко рту, отступает.
― Но я… ― вырывается у нее, она шумно дышит, почти всхлипывает, ― я не такая!