Библиотека зарубежного криминалистического и приключенческого романа. Выпуск 14: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Полагаю, хороший, — сказала она натянуто. — Митч, но я ведь не безразлична тебе? Скажи правду... Если ты меня не любишь, то когда-нибудь потом сможешь полюбить. — Она слабо улыбнулась, подняла руку. — Когда отрастут эти глупые волосы.

— Глупые волосы. — Он проглотил комок в горле, хотел погладить ее по щеке, но отдернул пальцы, как от огня. — Крис, ты девушка Карлсена, и сейчас слишком многое зависит от него.

— Я никогда не была его.

— Но я... я не могу лгать тебе. И может, не могу сказать всю правду о том, что я чувствую. Скоро начнется сражение, и я чувствую, словно я завис в воздухе, как парализованный. Сейчас невозможно строить планы... — Он беспомощно развел руками.

— Митч, — мягко сказала Кристина. — Тебе сейчас плохо, правда? Главное, не волнуйся. Я постараюсь вести себя хорошо. Ты позовешь врача? Когда я знаю, что ты где-то рядом, я могу заснуть.

Карлсен несколько минут разглядывал бумаги, найденные Хемпфилом у господина Сальвадоре. Он был похож на человека, решающего шахматную задачу. И он не выглядел удивленным.

— Я подготовил несколько надежных людей, — первым заговорил Хемпфил. — Они готовы. Мы можем быстро и без шума арестовать главарей этого... заговора.

Голубые глаза вопросительно смотрели на него.

— Хемпфил, вы уверены, что другого выхода не было? Я имею в виду Сальвадора.

— Боюсь, что да, — вкрадчиво сказал Хемпфил. — Я увидел, как он потянулся за пистолетом...

Карлсен принял решение.

— Коммодор Хемпфил, выберите четыре корабля и совершите разведвылазку к дальнему краю туманности. Мы должны определить, где сосредоточился враг, чтобы не дать ему занять позицию между нашим флотом и Солнцем. Действуйте осторожно, нам достаточно знать расположение основных сил берсеркеров.

— Я понял, — кивнул Хемпфил: — рекогносцировка была разумной операцией.

Кроме того, если Карлсен желает самостоятельно разделаться с противниками внутри флота, то пусть поступает, как считает нужным. Хемпфелу методы Карлсена часто казались недостаточно жесткими и просчитанными, но тем не менее целей своих он всегда добивался. И если проклятые машины так не любят Карлсена, Хемпфил будет поддерживать главнокомандующего до последнего.

А что еще имело значение в этой несчастной Вселенной? Сломать хребет дьявольским машинам — и точка.

Митч каждый день проводил несколько часов с Крис. Он держал ее в неведении относительно диких слухов, распространившимся по кораблям флота. Странная смерть Сальвадора, охрана, охрана, вдруг поставленная у каюты главнокомандующего. Поговаривали, что адмирал Кемал вот-вот начнет бунт.

Туманность Каменный Край закрывала уже половину звезд по курсу флота эбеново-черными завитками и хлопьями скоплений, словно останками взорвавшихся планет. Внутри Каменного Края нормальная навигация была невозможна: каждый кубический километр был нашпигован твердой материей, препятствовавшей сверхсветовому полету или перемещению в нормальном пространстве с эффективной скоростью.

Флот направлялся к дальнему, четко очерченному краю туманности, за которым исчез разведотряд Хемпфила.

— С каждым днем она становится спокойнее, — сказал Митч, входя в скромную каюту главнокомандующего.

Карлсен, сидевший за рабочим столом, поднял голову. Перед ним лежал листок с венерианскими иероглифами, кажется, список фамилий.

— Спасибо за добрую весть, поэт. Она вспоминает обо мне?

— Нет.

Их взгляды встретились: глаза нищего и безобразного циника и глаза могущественного и красивого верующего.

— Послушай, поэт, — сказал вдруг Карлсен, — как бы ты поступил со смертельными врагами, если бы они оказались в твоей власти?

— Считается что мы, марсиане, люди вспыльчивые, любим жестокость. Я должен вынести сам себе приговор?

Кажется, Карлсен сначала не понял.

— Что? Да нет же, я говорю не о... Крис, не о вас и не о себе. Нет. Это не личное. Я, кажется, просто задумался и произнес вслух...

— Тогда спросите Бога, ведь вы верующий. Кажется, Бог велит прощать врагов?

— Велит, — кивнул Карлсен. Потом добавил задумчиво: — Знаешь, он очень много от нас требует. Очень много.

Ощущение было необычное. Митч впервые видел настоящего, искреннего верующего.