Он пощелкал клавишами на приборной панели броневика, загудел какой-то агрегат.
— Подзаряжу аккумуляторы. Отдельный генератор. Мощность так себе, но зато тихо работает. А вот бак почти сухой. Гип, мое умение… Нужно придумать триггер, способ активации?
— Да. Нечто такое, что будет прочно ассоциироваться с умением. Но очень советую подумать, и тем более не выбирать конкретное слово.
— Почему?
— Все эти кодовые слова, действия и прочее — лишь условность. Иммунные идут по самому простому пути. Наши способности могут вообще без них обойтись, для активации достаточно банального желания…
— И что в этом плохого? — не понял Кирилл. — Мысли бывает сложно контролировать. Особенно если стараться специально. Раз — и умение активировалось!
— Я… Ну, и не только я… — смутился знахарь. — Проводили исследования. Чем свободней ты обращаешься с умением, не загоняешь его в жесткие рамки, в том числе и способом активации, тем быстрее оно развивается. Проще открыть новые грани, или получить новое.
— Мудрено все, — задумался Рамов.
Вернулась Алиса, плюхнулась на землю, протянула ладони к почти прогоревшим таблеткам сухого горючего, словно вокруг не стояла душная жара. Разговор как-то сник.
— Ладно. А что дальше? Мы разбегаемся, или есть другие планы? — спросил Кирилл. Неопределенность начинала бесить.
— Есть предложения? — вяло заинтересовался Рамов.
— Лично я — пойду домой. Ну, в кластер, где появился, — пояснил Кирилл в ответ на удивленные взгляды. — Он маленький, посреди черноты. О нем вообще мало кто знает. Или внимания не обращают.
— А потом? — хмыкнул Гип.
— Понятия не имею. Достало все. Лучше одному с мертвяками, чем… — Кирилл раздраженно махнул рукой.
— И далеко по черноте к нему идти?
— Километров пять. Или три. А может, и десять. Я плохо запомнил дорогу, мозги плавились. Там ровное чистое поле, до самого горизонта, и ничего не видно.
— Сколько⁈ Кир, а почему вы живы? — вытаращился знахарь. — Новички не могут ходить по черноте. Максимум — сотню метров. Ну, километр от силы, да и то…
— Не знаю. Живчик пил, ел таблетированый.
Гип заинтересовался последним, Кирилл показал почти пустой блистер.
— И часто вы его ели потом? После черноты?
— А что? — тон Гипа сразу не понравился. И взгляд сочувственный. — Ну… время от времени. Он бодрит. Зачем вообще все фляжки таскают? Таблетки удобней.
— Это — концентрат живчика. Того вещества, что поддерживает в нас жизнь. Слышали о спеке? Это мощнейший стимулятор и одновременно наркотик. Мне рассказывали, как человека под спеком переехал танк, ровно по пояс. Так он вскарабкался на танк и голыми руками погнул дуло крупнокалиберному пулемету.
— А дальше что было? — весело хрюкнул Рамов. Гип проигнорировал.
— Таблетированый живчик влияет на организм похоже. На биологическом уровне. Несравнимо слабее, в тысячи, если не десятки тысяч раз, но и у этого есть последствия. Начиная от банального привыкания, заканчивая превращением в кваза.
— Стоп. Получается… человек, у которого я их забрал, принимал их чтоб ходить по черноте? Почему он не оквазел?
— Потому что ходил по черноте, — подал голос Рамов. — Верно, Гип?
— Верно. Кир, я уже сейчас как знахарь вижу в вас изменения. Не сильные, и думаю, обратимые, но не вздумайте принимать таблетки снова!
Алиса начала смеяться. А потом хохотать, колотя себя по коленкам.
— Как… как ты сказал? Оквазеть? — и снова зашлась в веселье. Вдруг резко успокоилась, уставилась своими жуткими глазами. — А что это значит?
— Я попробую дойти до западной базы, — решил Рамов. — Гип, вы со мной?