— Как? Кластер прилетел с окраиной города, там десятки одинаковых домов.
«Доля», ага. Никто с ним делиться не собирается. И отпускать. Информацию сливает Байт, этим уродам не нужна огласка, даже теоретическая ее возможность. Вот странное дело — ситуация хуже некуда, но особого волнения или страха не было.
— Ладно, покажешь дорогу, — согласился Косач. — Заодно посмотрим, как ты по черноте шпаришь.
— А что такого?
— Ты должен был умереть. Новички черноту не выдерживают. Хоть с живчиком, хоть без. Уникум, да⁈ — с непонятной агрессией спросил Худой.
— Остынь, — посоветовал тому Найк. — Ну, едем? Время уже…
Из-за угла полуразрушенного здания выскочил зараженный. И не рядовой уродец. Мощный торс, мускулистые руки-ноги, покрытые шипами, голова приплюснута и похожа на лезвие колуна. Ростом метра два минимум, — уж сильно горбится, передними лапами аж до земли достает, когти шваркают по асфальту. Одежды, само собой, давно нет, вся кожа матово-серая и очень прочная даже на вид. Кажется, кусач.
Грохнул пулемет на крыше, но слишком поздно, кусач подбежал к машине вплотную, в мертвую зону. Он начал крушить переднюю пассажирскую дверь, за которой сидел Найк. Джип, конечно, укреплен под условия Стикса, но это самоделка. Длинные шипы из арматуры кусача не смутили, он просто их согнул.
Внутри автомобиля все орали, толкались, пулеметчик на крыше материл Косача. Командир отряда наконец-то ударил по газам, но кусач не отставал, легко бежал рядом и продолжал выламывать дверь. Сам метал, наверное, выдержал бы, а вот крепления… В щель просунулась страшная рука.
— Сука!!! Уйди!!! — завизжал Найк. С автоматом толком не развернутся, и он начал палить из пистолета. У всех сразу заложило уши, словно ватой набили. Но пули, похоже, особого вреда не нанесли, когти проехались по голове человека, хлынула кровища.
— Дебил! — выругался Косач. Найк в панике лез как можно дальше от двери, мешал вести, наваливался на руль. А дорога нехорошая — камни, ямы. — Угомоните его!
Не успели. Джип со страшной силой во что-то врезался. Кирилл полетел на приборную панель, разбил лицо. Кусач тоже отлетел, причем с дверью в лапе. Пулеметчик очухался первым, дал короткую очередь в место, где еще недавно валялся кусач.
— М… мать… Где⁈ Кто видит?
— Да похер, заводи!
Джип стоял, уткнувшись в угол здания. Только тронулись, как раздался грохот откуда-то сверху, крыша автомобиля просела, пулеметчик захлебнулся криком, и в салон потекла кровь. Очень яркая, горячая.
Машина не заводилась. Выл стартер, но бесполезно.
— Худой, сможешь⁈
— А выбор есть? Старайтесь сразу в мешок, в затылок! Отвлекайте!
Косач снял с пояса гранату, сорвал чеку и бросил боеприпас наружу.
— Уши, пацан! — рявкнул на Кира. Тот послушно их заткнул, закрыл глаза.
Это была не светошумовая, как он думал. Сначала хлопок — довольно тихий — а затем душераздирающий вой, очень похожий на кошачий. Длился он секунды три, за это время Худой вылез из машины и отбежал метров на пять.
Кусач тяжело спрыгнул на землю, Кириллу показалось, что сейчас он порвет Худого, но происходило странное. Монстр споткнулся, затем еще, движения стали вялыми. Худой стоял, вытянув руки, рожа такая красная, что, казалось, голова сейчас взорвется.
Дар Стикса, понял Кирилл.
— Стреляй, даун! — рявкнул Косач.
Оружие у него отобрали, но сейчас автомат с пистолетом валялись под ногами. Кирилл поднял оружие, открыл дверь и начал садить одиночными в затылок зараженного. Наконец-то чья-то пуля попала в споровый мешок, кусач упал. Но перед этим успел засветить когтистой лапой по Худому.
— Сука… — выдохнул Косач. — Эта… пацан, сходи, глянь, что там. И спораны не забудь!
— … возвращаемся к вам. Как поняли? — пробубнила рация. Она не замолкала с того времени, как пулеметчик дал очередь. С одной стороны хорошо, что колона едет обратно, безопасней будет, а вот с другой…
Когти порвали Худому пах и низ живота. В ране отвратительно синел и подергивался кишечник. Еще и бедренную артерию повредил. Кирилл поискал пульс на шее. Нет, мертв.
Нужно решаться. И времени очень мало. Кирилл крепко задумался. Потом вскрыл споровый мешок, взял содержимое не глядя. Поднял дробовик Худого и вернулся к джипу.
Косач как раз сбросил тело пулеметчика, занял его место. Найк был неадекватен — глухо стонал, обхватив голову руками. Сквозь пальцы сочилась не только кровь, но и еще что-то густое. Мозг?