— Уже ничего, — Полковник выделил интонацией первое слово. — Такие нам не нужны. Давай присядем.
Они опустились на скамейку возле цветочной клумбы. Розы, ландыши, еще, кажется, пионы. Их выращивал Полковник. Причем самолично, а не запрягая молодых солдат. Вообще, гораздо проще представить, что этот человек в свободное время охотится голыми руками на зараженных. Благо и внешность соответствует. Пожилой, но еще очень крепкий офицер, ветеран нескольких войн, при виде которого, даже гражданские вытягиваются по стойке «смирно».
Вот это и есть Полковник. Конечно же, у него были имя с фамилией (вот уж неожиданность!), но величали его исключительно по званию.
— В чем главная проблема внешников?
— Нас ненавидят, — ответил Ник. Любил Полковник неожиданные вопросы и разочаровывался, когда подчиненные долго думали, тормозили.
— Верно. Впрочем, иммунных сложно в этом винить. Союзников у нас нет. Муров в расчет не беру, это гниль, отбросы. Но обойтись без них не можем. Пока.
Понятно. Ник весь мысленно подобрался. Полковник что-то замышляет. Пустой треп от скуки — не его конек. И лучше подождать с расспросами. Порой, когда молчишь — узнаешь гораздо больше.
— От нас требуют увеличить количество и качество добычи. Правление не устраивает нынешние расходы и прибыль.
— Мне казалось, что за таблетки от старости или рака можно просить любую цену… — Ник растерялся.
— Не забывай, что нами командуют дельцы. Они думают иными критериями. Гораздо лучше продать десять препаратов ценой в миллион, чем один за пять. Большая часть нашей добычи — это новички. Но сам знаешь, иммунный, что провел здесь хотя бы год, стоит десятерых «свежаков».
Еще бы. Лучшие препараты получаются из внутренностей и крови долгожителей Стикса. Увы, «выращивать» их не получалось. В неволе развитие иммунных многократно замедлялось. То же самое с зараженными. Как ни корми, какие условия ни создавай — из рядового бегуна элиты не выйдет.
— Значит, скоро мы будем громить стабы, охотиться в других регионах, и наши потери Правление не смутят?
— Естественно. Для них нет разницы, кто погиб ради прибыли. Я примерно знаю, сколько ты заработал в Стиксе, но поверь — этого хватит максимум на средство от облысения. Ставки слишком высоки. Как бы ты решил эту проблему?
— Предложил иммунным добровольно сдавать кровь и органы.
Полковник посмотрел на него остро, строго. Казалось, влез прямо в голову.
— Молодец. Я в тебе не ошибся. В Стиксе, как и в нашем с тобой мире прожить без денег практически невозможно. Ну, в данном случае их эквивалента — споранов, жемчуга и так далее. Я не знаю, из какого мира, и когда в Стикс открыли портал, но самые первые внешники совершили огромную ошибку, начав хватать и потрошить иммунных. Мирное сотрудничество — вот что нам нужно. Возможно, в прошлом так и было до каких-то пор…
Нику стало муторно, скучно. Еще недавно ему казалось, что за этим откровенным разговором стоит нечто важное, значимое для капитана Рамова, но теперь…
— Я вижу две главные проблемы. Первая — наша репутация. Нужны годы, если не десятилетия, чтобы ее исправить. Если это вообще возможно. Вторая — оплата. Страшно представить, сколько потребуется споранов, янтаря, а то и жемчуга. Никто не отдаст почку или глаз задешево. И еще я не верю, что никому раньше эта идея не приходила в голову.
— И правильно. Но в любом плане гораздо важнее реализация. Но ты подумай о другом. Какое будущее ждет тебя в Стиксе, Ник? Быть вечным внешником, страшилкой и напоминанием для новобранцев?
Знал, знал Полковник, чем бить. Его серые ледяные глаза сверлили из-под пластика маски.
— Что я могу там, где облажались десятки людей? Подозреваю, не самых глупых.
— У них не было правильной мотивации, — жестко усмехнулся Полковник. — Помоги мне, Ник, и тебя не забудут. Хватит носиться по кластерам и ловить иммунных, я верю, что ты можешь принести гораздо больше пользы. Об этом разговоре знаем только мы.
— И что получу я? Кроме благодарности от толстосумов правления?
— А что ты хочешь?
— Свой стаб, — подумав, ответил Ник.
Это был единственный вариант, как прожить долгую и счастливую жизнь. Не нужна ему вечность и даже столетия, надоест. Стабы очень разнились. От гадюшников, куда страшно войти нормальному человеку, до целых городов и областей, в которых легко забыть, что ты в Стиксе.
— Лесной подойдет? — рассмеялся Полковник. Затем снял с пояса какой-то предмет в матерчатом чехле. — Кстати, держи подарок. С крещением, так сказать.
Внутри оказалась фляга из очень легкого, но прочного материала. Небольшая, приплюснутая. А ведь действительно. Теперь ему всегда нужно помнить о споровом растворе, он же «живчик». Хотя это название Нику не нравилось. Тупое.
— Это нолдовский девайс. Я его… впрочем, неважно, как заполучил. На внутренних стенках специальное покрытие, можно залить даже воду из лужи, где разлагаются чумные трупы, и она очистится. Фляга также может собирать влагу из воздуха, источник энергии изотопный.
Ник взвесил флягу на руке. Практически невесомая, и куда все напихали⁈ Одно слово — нолды.