Роза промолчала. Прибравшись, она взяла увядшие георгины и сказала:
— Я поменяю вам цветы, хозяин.
— Цветы?.. А может быть, не стоит...
Но Роза вышла. Через пятнадцать минут она вернулась.
— Я нарезала вам свежих георгин, хозяин.
— Спасибо.
Леонсио встал и прошелся по комнате.
— Не хотите ли еще чего-нибудь?
— Да, хочу... Принеси мне бутылку рому и бокалы.
— Слушаю, хозяин, — сказала Роза и вышла. Она принесла поднос с ромом, фрукты и два бокала.
— Вы ждете гостей, господин Леонсио?
— Почему ты так решила?
— Но вы попросили принести не один бокал, а несколько. Я принесла два, но могу принести еще.
— Нет, двух достаточно, — сказал Леонсио, наливая ром.
— Так для кого же второй? — спросила Роза.
— Для тебя.
— Для меня? Но разве я могу пить с вами ром?
— Почему бы нет?
— Ведь я рабыня. Нельзя рабам пить с хозяевами, только если...
— Если — что?
— Если хозяин не прикажет...
— А если я прикажу?
— Я должна буду повиноваться. Ведь я ваша рабыня.
— Все бы мои рабыни были так покорны.
— Разве можно не подчиниться такому красивому и молодому хозяину, как вы, — сказала Роза, беря бокал и отпивая из него глоток.
— Мне нравится твоя покорность, Роза.
— Я рада служить вам, мой господин.
— Мне приятно это слышать от тебя.
С этими словами Леонсио подошел к Розе и обнял ее. Она не стала сопротивляться, только сказала:
— Господин Леонсио, я рабыня и не могу обниматься с вами.