«Надо же, — думала она. — Прошло не так много времени, а Леонсио вернулся из Парижа и уже успел жениться. Донна Мария и командор снова вместе, как и в былые годы. Странно... Когда я находилась здесь, дни тянулись томительно долго. Но стоило мне уехать, как произошло столько перемен! В голове не укладывается».
Изаура находилась как будто во сне, как будто в другом измерении. Сколько она себя помнила, в имении никогда не устраивались подобные торжества. Она не привыкла видеть такое количество веселых и беззаботных людей, которые, казалось, чувствовали себя большой единой семьей.
Необычность ситуации заключалась в том, что Изауру никто не замечал, хотя ее отовсюду было прекрасно видно. Она одиноко стояла на белых мраморных ступенях, и огонь факелов мерцал, переливался на ее волосах. Все настолько были заняты своим делом, настолько были погружены в музыку, что не поднимали голов.
Но Изауре это было даже на руку. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь обратил внимание на бедность ее одежды, на изможденное, бледное лицо. Она поднялась на веранду и вошла в дом. Изауре показалось, что она не была здесь целую вечность. Но зато как все вокруг знакомо и дорого! Она потянула носом воздух. Да-да, тот самый запах, запах тепла и уюта. Девушка открыла дверь в свою комнату. Ничего не изменилось с момента ее отъезда. Она с разбегу плюхнулась на кровать. Ей захотелось уснуть, забыться. Но беспокойные думы не давали ей этого сделать. Она закрыла глаза. Перед ней поплыли разноцветные фигуры, непонятные очертания и странные, пугающие огни.
«Что скажет о моем возвращении донна Мария? Не будет ли она сердиться? Ведь теперь, когда Леонсио женился, ей будет с кем встретить старость. Та девушка, которая сидела рядом с Леонсио, будет за ней ухаживать. Она родит ей внука, и Мария забудет про меня. Хотя какие нехорошие мысли лезут мне в голову... Как я могла подумать такое про донну Марию, ведь она всегда относилась ко мне как к дочери. Я просто устала. Завтра утром брошусь в ее объятия, буду просить прощения за то, что оставила учебу. И она меня простит. Я знаю, что она будет рада видеть меня. В любом случае никуда я больше не поеду. Я привыкла жить на фазенде. В любом другом месте я чувствую себя чужой. Я нужна здесь. Пусть не получу образования, но буду помогать дорогим мне людям. Я никогда не была нахлебницей. И не буду. Я простая рабыня... Всего-навсего рабыня...» — грустно думала Изаура.
Она поймала себя на мысли, что ее поразила перемена, происшедшая с Леонсио. Казалось бы, еще совсем недавно они проводили вместе много времени, играли, шалили. По сей день он оставался для нее мальчишкой. Пусть по отношению к ней он не всегда поступал справедливо, но где-то в глубине души она считала его своим другом. И вдруг она встретилась с совершенно другим Леонсио. В его лице она всего за несколько мгновений сумела рассмотреть мужество и благородство. Только его глаза смутили ее. Что-то в них было странное, отталкивающее. Изаура вспомнила, как в детстве Леонсио насмехался над ней, дразнил уродиной. Но она не обижалась на него. О себе она была отнюдь не высокого мнения и не считала красивой. Изаура решил, что она все-таки сильно соскучилась по Леонсио. Хоть он всегда был не благосклонен к ней, но и особого вреда никогда не причинял.
Командор уже изрядно набрался. Когда он захотел налить в свой стакан еще вина, Мария склонилась к нему и прошептала на ухо:
— Самое время тебе, муженек, убраться с фазенды. Ты выполнил свой отцовский долг, приехав на свадьбу к сыну, и пришла пора тебе уезжать. Никто из гостей не заметит твоей отлучки — все уже достаточно пьяны. Поднимись в дом, возьми свои вещи. Я скажу Андре, чтобы он запряг лошадей. Поторапливайся, я больше не намерена терпеть твое присутствие.
Командор покорно встал из-за стола.
Оказавшись в своих апартаментах, он решился на отчаянный шаг— обыскать комнату Марии и найти нужные ему документы.
Быстро уложив свои вещи в дорожный саквояж, он осторожно, стараясь не шуметь, поднялся на второй этаж.
Поиски не дали никаких результатов. Он все перевернул вверх дном, но так ничего и не нашел. Хмель ударил командору в голову, и он пришел в ярость. Выйдя из комнаты Марии, он осмотрелся. Никого. Он предположил, что «старая ведьма» могла спрятать документы в комнатушке, где раньше жила Изаура. Он на цыпочках прокрался по коридору и вошел в обитель Изауры.
Изаура не спала. Услыхав скрип открываемой двери, она встрепенулась и открыла глаза. Перед ней стоял командор Алмейда, распространяя вокруг себя терпкий запах вина. Он был вне себя от ярости. «Ах, старая гадина! Прятала от меня Изауру! Думала, что я последний идиот. Ну, посмотрим, кто в этой борьбе окажется победителем. Мне терять уже нечего», — думал командор. Он закрыл дверь, запер ее и прислонился к стене, скрестив руки на груди.
— Здравствуй, девочка моя, — зловеще проговорил он.
— Добрый вечер, господин Алмейда. — Изаура села на кровати.
— Что же ты не встретила меня, когда я приехал? Все эти два дня провела здесь, никуда не выходила? Может, ты заболела? Или твоя обожаемая госпожа подговорила не покидать эту комнату?
— Вы ошибаетесь, — вежливо отвечала Изаура. — Я не больна и никто меня не подговаривал. Я приехала из пансиона... Несколько минут назад... Даже не успела переодеться.
— Боже мой, какая трогательная история. Рабыня беспрепятственно разъезжает по всему округу и для всех остается не замеченной!
— Госпожа дала мне сопроводительное письмо, и даже если бы случились какие-нибудь неприятности...
— Рабыня всегда должна оставаться рабыней! — пьяно заорал командор. — Работать на плантации, собирать кофе, сидеть взаперти, на цепи, в колодках, а не разъезжать по стране и не изображать из себя светскую даму!
— Я никого из себя не изображала.
— Мне виднее! Изображала или нет, какая разница? Главное, чтобы ты знала свое место.
— Что вы от меня хотите? — жестко спросила Изаура.
Командор решил проверить, знает ли она, что фазенда давно не принадлежит ему, что он здесь уже не хозяин.
— Что я от тебя хочу? — медленно произнес он и сел на кровать рядом с девушкой. — Ничего. Я просто хочу, чтобы ты поняла одну простую вещь. Не смей перечить мне. Иначе... Я давно подумываю продать тебя другому хозяину. И будь уверена, при первой же возможности я сделаю это.
— Госпожа будет против.
— Плевал я на госпожу! «Госпожа»! Мне она никакая не госпожа, а обыкновенная жена! Хочу — приласкаю, а хочу — забью до полусмерти. И никто, никто не посмеет сказать мне плохого слова.
— Не делайте этого! Прошу вас, не продавайте меня! — взмолилась Изаура. — Я готова день и ночь трудиться на плантациях, только не продавайте!
«Ага, — смекнул командор, — Мария держит в тайне, что истинной хозяйкой фазенды является она, и никто ни о чем не догадывается! Что ж, так-то даже лучше. Я уеду. Уеду, но скоро вернусь. Вернусь победителем». Но он ошибался в своих догадках. Существовал один человек, который все знал. Этим человеком был Андре. Он сразу же догадался об истинной причине долгого отсутствия своего хозяина. Он знал, что Мария ездила встречаться с полковником Фонтесом. А когда Андре увидел командора днем раньше, после спора со своей женой, у него не осталось сомнений в своей правоте.
— Поцелуй меня, — прошептал Алмейда.