«Он спрашивает об этом… сейчас?» – внутри все закипело от негодования, и я ответила с ледяной решимостью, которой прежде в себе не замечала:
– Мне здесь хорошо – и телом, и душой.
Затем я добавила, бросив короткий взгляд на его окровавленный бок:
– Похоже, вы тоже ранены, ваша светлость. Думаю, вам стоит немедленно вернуться в поместье и заняться собой.
– Так и поступлю, – тихо согласился он.
Мое настаивание на его отъезде было одновременно и советом, и предупреждением. Я не хотела, чтобы его состояние ухудшилось и поползли слухи о том, что он «пострадал в сражении с императором».
– Всего доброго.
После этого я оставила Херейса на плацу и ушла вслед за братом, ни разу не обернувшись. Оборачиваться у меня не было ни малейшего желания.
Я не отходила от Луиса ни на шаг, внимательно наблюдая за тем, как придворный врач обрабатывает его рану.
– Порез скоро затянется, но может остаться след, – подытожил старик и, закончив с перевязкой, поспешил удалиться.
Как только мы остались наедине, я тут же устроила Луису допрос:
– Что же все-таки произошло на самом деле?
Даже когда мне докладывали, что Херейс каждую ночь навещает императора, чтобы выпить с ним, я до последнего отказывалась этому верить – сама мысль казалась мне полнейшим абсурдом.
– Ничего особенного. Просто немного выпили и…
Значит, они действительно выпивали, а потом устроили поединок. Хотя мне и раньше сообщали, что Херейс повадился приезжать по вечерам и засиживаться во дворце допоздна.
Луис по-прежнему отвечал как ни в чем не бывало:
– Захотелось помахать мечами, и я немного не рассчитал силы.
– Впредь будьте осторожнее. А что, если бы вы получили куда более серьезную травму? – спросила я с упреком, не в силах сдержать горечь.
Если бы он пострадал сильнее, если бы его жизнь снова оказалась под угрозой… я бы просто этого не вынесла.
– И все же… – Я замолчала, пристально взглянув на Луиса, а затем медленно произнесла: – Что бы ни случилось, я всегда буду на вашей стороне, брат.
Если бы мне пришлось выбирать между Луисом и Херейсом, исход был бы ясен заранее. Я останусь рядом с братом и буду защищать его до самого конца.
– А раз так, – я широко улыбнулась и с торжественным видом подняла его руку, как делают это чемпионам, – победителем сегодняшнего поединка объявляется ваше величество!
Сейчас это уже не имело никакого смысла, но только после этих слов Луис наконец довольно улыбнулся.
Экипаж Херейса остановился перед герцогским поместьем. Когда он вышел из кареты, Альберт, увидев его, онемел от удивления.
– Ваша светлость! Откуда у вас эта рана?!
Бок герцога был залит кровью, а одежда насквозь пропиталась алым. Похоже, он проделал весь путь от дворца без какой-либо помощи, потеряв слишком много крови. Херейс изо всех сил старался сохранять привычную невозмутимость, но его выдавало мертвенно-бледное лицо.
– Срочно в комнату. Я немедленно позову врача!
На самом деле раны Луиса и Херейса не шли в сравнение. Император отделался лишь легкой царапиной на левой руке, в то время как герцог получил глубокую рану в бок.
«А я-то думал, что теперь смогу стать ему достойным противником…»
Пока врач обрабатывал рану, Херейс лежал неподвижно, закрыв лицо рукой. Как бы отчаянно он ни тренировался, сколько бы ни изнурял себя, превзойти Луиса в искусстве меча было невозможно. Тот был пьян, но даже в этом состоянии его мощная, взрывная сила вырвалась наружу – всего одним резким движением Луис глубоко рассек ему бок.