— Ступайте, приведите хороших кобылиц.
Спутники привели ему требуемое. Теперь падишах к свадьбе готовится. Был у него коварный визирь{76}, у которого была тайная мысль: «Падишах непременно за меня дочь свою выдаст, другого подходящего зятя ему не сыскать». И говорит этот визирь своему падишаху:
— Ты хочешь осрамиться на весь мир, продав свою дочь какому-то бродяге за сто кобылиц. Выведал я: его отец никакой не падишах. Нищий, голь перекатная. Надо, обмануть, то да сё, не отдавать дочь.
Дутан-батыр тем временем посылает своего друга к падишаху:
— Скажи падишаху, пусть поторапливается, иначе я рассержусь.
Падишах велит передать:
— Это ведь не простая, а падишахская свадьба, пусть подождёт. Раз свадьба, должно собраться много народу. Будут скачки, состязания в борьбе.
Собирается майдан{77}. Пускают коней на трёхдневный перегон. Падишах со своей стороны отправляет триста коней. Дутан тоже участвует в скачках. Он первым показывается из-за холма и первым прибывает на майдан. Доехав до майдана, слезает с коня. Много времени проходит, пока появляются падишахские кони. Дутан-батыр обращается к падишаху:
— Как ещё состязаться? Говори без утайки. Тебя пытаются с толку сбить. Не порть мне кровь.
Выходят борцы. Падишах выставляет своего борца, по имени Барак. Дутан-батыр выставил против него своего товарища Див-чала. Борцы схватились. Див-чал швырнул падишахова борца, да с такой силой, что Барак по пояс в землю ушёл.
Дутан спрашивает падишаха:
— Доволен ли теперь?
Падишах отвечает:
— Много народу собралось поглядеть. Надо бы скороходов выпустить.
У падишаха была старуха-скороходка. Он её выставляет. Дутан выставляет Жилаяка. В трёхдневный путь пускаются. Достигли поворотного места. Садятся отдыхать.
— Бабушка, — говорит Жилаяк, — жажда меня мучит. Воду с собой я не догадался взять.
Старуха отвечает:
— Коль жажда мучит, есть у меня водица.
Оказывается, старуха прихватила с собой две бутылки с крепким напитком.
— Выпей, сынок, оно пешеходу на пользу, — сказала она.
Жилаяк, ничего не подозревая, выпил одну бутылку.
— Утолил жажду? — спрашивает старуха.
— Бабушка, — молвит Жилаяк, — не напился я.
— Вот, бери ещё бутылку.
Жилаяк и эту бутылку опорожнил. Захмелел и свалился с ног. Вечер наступил, старуха поднялась и побежала. Жилаяк остался лежать. Проснулся, когда солнце взошло и стало тело ему припекать. Смотрит: старухи-то нет! Жилаяк подобрал полы своей одежды и, приметив следы от старухиных ног, помчался вслед. В полдень догнал старуху. Захватил в пригоршню песку.
— Догнал, сынок? — спросила старуха и обернулась. Жилаяк крикнул:
— Догнал! — и швырнул песок в глаза старухи.
Старуха упала и стала протирать глаза, а Жилаяк тем временем достиг майдана. Только к вечеру явилась старуха. Ничего не выгорело у падишаха.
— Ну как, доволен? — спросил Дутан-батыр.
— И коней, и батыров, и скороходов испытали мы, — ответил падишах. — Теперь очередь за стрелками.