Вновь объяснять Кериму все выгоды своего предложения мне не пришлось, я лишь добавил несколько приятных бонусов в виде поставок современного вооружения. Внимательно выслушав, и приказав заткнутся своему заместителю, Керим согласился на все, под конец заявив:
- А знаешь, Алекс, неделю назад нас посетили несколько иранских офицеров. Они предупреждали, что вскоре к нам заявится какой-то богатый янки и будет уговаривать поработать на его интересы. Вот только теперь я знаю, что эти сыны ишака нам солгали. Кто, как не я помнит, что никакой ты не американец, а советский, а вы всегда были друзьями нам, арабам.
На следующий день у меня получилось посидеть и поговорить по дущам с заместителем Керима. Не хотелось оставлять непонятки у себя за спиной. Перед отъездом следует уладить все разногласия и не оставлять недоразумений. В свое время, изучая досье на местных вожаков, я запомнил эту персону, которая считалась одним из духовных лидеров всего юга Йемена. Эдакий старичок, года на четыре старше меня, он некогда преподавал в медресе Аль-Султания, в хорошо мне знакомом Алеппо. Так случилось, что этот Сакур ввязался в высокую политику и после того, как отец нынешнего президента, мой старый знакомый Хафез Асад, в 1982 году подавил восстание "Мусульманского братства", был вынужден, оставив свое медресе срочно смазывать пятки. Совсем как тот Эней у Котляревского. Находится и дальше в Сирии, было не только опасно, но и бессмысленно. Во-первых, он был шиитом, а во-вторых, Хафез Асад позакрывал все медресе в стране, считая, что именно оттуда и расползается эта исламистская зараза.
Но всё это будет потом, а сейчас я разбудил в нём давние воспоминания. Как оказалось, шейх прекрасно помнил события семьдесят четвёртого года, когда я героически предотвратил террористический акт у полицейского участка города Алеппо. И не только вспомнил, а ещё и знал об этом можно сказать изнутри, ведь именно члены их братства и готовили то неудачное нападение. Вначале, между нами возникла некоторая напряжённость, но после того, как я с юмором рассказал о том, что и как произошло в действительности, всё уладилось. Так сказать, не по моей злой воле, просто такова была воля Аллаха. После нашего разговора, шейх также убедился, что я и в самом деле советский, а не какой-то американский агент или не приведи Аллах, израильтянин. Вот так, за общими воспоминаниями о старом добром Алеппо, его рынках и кофейнях мы просидели до полуночи. Расстались добрыми друзьями, которых объединяют общие воспоминания и надежды на будущий совместный успех.
На следующее утро, часть специалистов из моей команды, принялась за согласование деталей будущих операций, в то время как другая, отправились на побережье, в поисках подходящнй бухты для базирования наших катеров-дронов. Не прошло и недели, как греческий балкер, загрузившийся на Сифносе, доставил полтора десятка морских беспилотников и приличный груз взрывчатки. На примере каховской плотины мы хорошо знали возможности наших корабликов. После того как мы обо всем договорилисьт, мне оставалось лишь наслаждаться морским воздухом и греться на солнышке, в ожидании известия о появлении жирной утки.
Отношение к нашим людям было доброжелательным: ещё бы, ведь их старшой оказался давним другом шейха. А еще, хозяевам пришлась по вкусу затея, которая наверняка испортит жизнь проклятым капиталистам. Ещё бы: так смачно ударить по носу всемирному олигархату, да ещё и за чужой счёт!
Операция была продумана в мельчайших деталях. Удивляться было нечему: все же воюем не первый год - и не с кем-нибудь, а со второй армией мира. Разведывательная сеть, разбросанная от Стамбула до Суэцкого канала, своевременно снабжала нас информацией о том, какие суда и под чьим флагом повезут через Баб-эль-Мандебский пролив российскую нефть. Нашим лозунгом стало известное "No pasarán".
Слишком долго ожидать первую цель не пришлось: уже через неделю наши усилия принесли первые плоды. Как после этого писали мировые СМИ, "йеменским террористам" впервые удалось не только повредить, но и пустить на дно большой китайский танкер и серьёзно повредить ещё три, которые шли под флагами таких известных морских держав как Либерия и Габон.
Эту первую операцию я хотел увидеть собственными глазами, что и было сделано с помощью мощного телескопа, установленного на склоне горы. Наблюдательную позицию оборудовали с комфортом, она оказалась не хуже чем на смотровой площадке Эйфелевой башни. Погода стояла чудесная: в небе ни облачка и видимость достигала километров тридцати. Я весь извелся от ожидания. Наконец, в окулярах телескопа появилось огромное судно, величественно рассекавшее воды Красного моря. Чуть позади, на расстоянии четырёх-пяти кабельтовых, просматривался силуэт военного корабля береговой охраны Великобритании. Было хорошо видно, как на нём медленно вращаются решётки радиолокаторов, а несколько наблюдателей пристально всматриваются в безоблачное небо. Никому и в голову не приходило, что смотреть следует вовсе не туда, а вниз, на морскую гладь. Поэтому, парочке наших катеров, которые были практически незаметны на фоне морских волн, удалось приблизиться к каравану почти на километр и лишь после этого запустить двигатели на полную мощность. Для того, чтобы преодолеть такую незначительную дистанцию им понадобилось не более минуты. А вот британским морякам, чтобы выйти из тени танкера и двинуться на перехват - времени не хватило. Первый взрыв потряс тело гиганта где-то в районе машинного отделения, после чего раздался ещё один. В принципе, было бы достаточно и одного, ведь нашей задачей было не утопить, а лишь нанести тяжёлые повреждения китайцам. Я не собирался загрязнять нефтью тёплое курортное море, но уж как получилось - как получилось.
Поскольку это была первая такая атака, мы резонно опасались, что судам сопровождения удастся перехватить один из дронов, вот и перестраховались, направив туда сразу два. Кто ж его знал, что британцы окажутся не моряками, а курортниками, которые и войны не нюхали. К примеру, тех же россиян на Чёрном море мы давно приучили выставлять тройную смену наблюдателей и организовывать конвои сопровождения не из одного судна.
Что удивительно, больше нас радовались хозяева. Веселясь как дети, эти бородачи скакали, смеялись, паля в воздух из своих автоматов, а онин ненормальный даже запустил заряд из "Стингера". Ещё бы: это ведь не те комариные укусы с воздуха, которые удавались их коллегам. В большинстве случаев, после таких налётов достаточно было лишь немного подкрасить судно и идти дальше по маршруту.
На всю следующую неделю эта новость стала настоящим бестселлером для мировых СМИ, вызвав целый шквал переписки между дипломатами и военными. В штабах Роял Нэви и Пентагона никак не могли определиться, как им быть дальше и вообще - стоит ли реагировать. Танкер то – китайский. А пока в штабах разбирались, караваны продолжали идти своими привычными маршрутами.
После нескольких удачных операций, имя шейха Нуслима, стало настолько популярным, что к нему выстроилась целая очередь добровольцев, желающих примкнуть верным последователям имама Хусейна аль-Хуси. Этому паломничеству, поспособствовало несколько удачно отснятых роликов, которые нам удалось закинуть в "Аль-Джазиру". Только за первую неделю количество просмотров перевалило за четыре миллиона. Ещё бы: ведь каждое выступление этого святого по телевидению или в Ютубе начиналось с одних и тех же слов: "Смерть Америке, смерть Израилю, проклятие евреям и победа ислама".
Едва ли не единственной проблемой, было то, что нашим специалистам, прибывшим с острова Сифнос, пришлось переодеться в халаты и научиться наматывать чалму. А чалма - это вам не портянки. Но самая страшная военная тайна заключалась в том, что в составе нашей команды верных помощников шейха затесался один еврей. К счастью, обрезание – это в традициях не только в последователей Иеговы. Пришлось рискнуть, мой Виталик никак не мог обойтись без него, и в этом случае, как всегда, основную роль сыграли деньги. А ведь поначалу, никто из иудеев не поддавался ни на какие посулы, не желая отправиться в эту командировку. И я их прекрасно понимал.
Разумеется, мы не надеялись, что наше присутствие на побережье удастся долго хранить в тайне. Военные специалисты и разведки некоторых стран отлично знали, что до сих пор, отряды хуситов использовали лишь не очень эффективные дроны самолетного типа. Эти, сравнительно скромные птички могли нести небольшой, совершенно недостаточный для гигантских танкеров заряд взрывчатки. Они могли разве что поцарапать палубу. А вот с надводными или подводными корабликами все обстояло иначе. Вот только, ни один из отрядов хуситов подобного оружия не имел, потому как не было его и у Ирана. Всё это приводило к единственной мысли, которая указывала на нас. И это были не просто подозрения, в натовских штабах умели делать правильные выводы: разведка свой хлеб даром не ест. Вот только, одни лишь подозрения в дипломатии не пляшут и к делу их не подошьешь - требовались железные доказательства, а их у них не было. Словом, возмущаться и сотрясать воздух с трибуны ООН было можно, вот только кому именно следует направлять ноты протеста? Все так и закончилось - "чувством глубокой озабоченности".
Вскоре, решительные действия подконтрольных нам хуситов принесли свои плоды. Большинство перевозчиков стало выбирать обходные маршруты, и протяжённость транспортировки нефти в Индию и Китай увеличилась в два с половиной раза. Соответственно - поползли вверх и страховые платежи, и стоимость фрахта. В целом, накладные расходы выросли чуть ли не втрое. Ну что ж, совсем неплохой результат за относительно небольшие деньги
Позже узнал, месяца через три после моего отъезда, бедолагам хуситам таки досталось на орехи от объединённых сил США и Великобритании, но наших друзей это не коснулось. Своих повстанцев мы предупредили заранее, и все порядочные боевики успели укрыться в горах. В результате налета, как всегда, пострадали непричастные, а именно базы и места дислокации "неправильных", проиранских бандюков.
За тот месяц, что я загорал на побережье Красного моря, никаких серьезных изменений на всех фронтах не произошло. Как и ранее, противник, не считаясь с потерями, делал отчаянные попытки продвинуться. Кто-то и в главном штабе подсчитал, что за захват квадратного километра территории россияне платили жизнями примерно ста десяти своих вояк. А если посчитать, что территория Украины составляет примерно 650 000 квадратных километров, то… получается, что им придется перевести в двухсотые чуть ли не половину населения.
По наблюдениям военных, данным разведки, и спутников, стало ясно, что на той стороне подходят к концу запасы тяжёлой техники, даже старой, советского образца, поэтому в свои локальные атаки россияне стали отправлять небольшие пехотные подразделения, которые словно тараканы расползались по балкам и рощам, пытаясь найти и просочиться в малейшую щёлку в украинской обороне. Скажем прямо, временами, такое им удавалось: всё же обеспечить плотной воздушной разведкой и беспилотниками всю тысячекилометровую протяжённость линии фронта было проблематично. Собственно, на той стороне ситуация была похожей. Оно конечно неприятно, ведь о каких либо оперативных прорывах, как под Харьковом или Херсоном, речь уже не шла.
В этой ситуации, задача наращивания сил беспилотных систем стала главным приоритетом для компании BitCoin. Заводы на Тайване работали в трёхсменном режиме, обеспечивая интеллектуальную начинку, а саму сборку дронов можно было организовать и здесь, в Украине, на любом предприятии или даже в колхозной мастерской. Что касается специалистов - дроноводов, то они нашлись, причем на удивление быстро. Оказалось достаточным разместить красивую рекламу в ТикТоке и на Ютубе, как мы получили большое количество заявок. Так и хотелось провозгласить - геймеры всех стран, объединяйтесь. Выяснилось, многие из любителей повоевать в виртуальной реальности, которые до сих пор гоняли монстров на своих PlayStation, были не против засесть за топовые консоли, которые по своим характеристикам превосходили даже знаменитые Intel Core i9 с NVIDIA RTX 3080. Тем более, что мы смогли гарантировать им достаточный уровень безопасности и неплохие заработки. Это стало возможным благодаря тому, что дальность управления новыми летательными аппаратами существенно возросла. Поэтому, появилась возможность обустроить центры управления не ближе чем за сорок-пятьдесят километров от линии фронта, иными словами, в достаточно безопасных местах. Сами же аппараты, запускали совсем другие люди, которые находились значительно ближе к линии соприкосновения. Этим фанатам мультиплеерных игр оказалось куда интереснее охотиться на реальных, живых орков, чем блуждать в виртуале по занесённым снегом руинам Лос-Анджелеса среди толп нежити в игре на выживание под названием Snowbreed.
Что удивительно, но очень непростыми для новых армейцев оказались организационные и бытовые вопросы. Никак не получалось заставить всех этих лохматых дроноводов соблюдать устав и армейские порядки. Ведь сидеть перед своими экранами им приходилось не тогда, когда самим захочется, а тогда, когда приходила соответствующая команда. А такое, бывало и среди ночи. Со временем, с этими проблемами удалось справиться, и проблема исчезла.
Через некоторое время выяснилось, что воевать, как все нормальные люди эти ребята не умели - скучно им видите ли. Они создали собственный закрытый канал, где обменивались несекретной информацией, делились своими приёмами и достижениями с коллегами, а ещё организовали специальную страничку, где публиковалась он-лайн таблица рейтингов. Такой себе зал славы. Не минуло и полугода, как у этих ребят и девчат появились свои воздушные асы, награждённые рыцарскими знаками отличия, которые присваивались участникам, авторитетной в их сообществе комиссией.
Вот только и противник не дремал: он начал ускоренными темпами развивать свою малую авиацию. Именно поэтому одним из главных приоритетов для нашего командования стало противодействие дронам дальнего радиуса действия, которые начали залетать всё дальше и дальше, вглубь Украины, терроризирую мирное население. Путинские вояки, будучи не в состоянии нанести существенный ущерб войскам на фронте, решили направить свои усилия на уничтожение гражданской инфраструктуры. Поначалу, средства РЭБ неплохо справлялись со своей задачей, но вскоре россияне начали переходить на системы независимого наведения. Они не обладали достаточной точностью, но против таких объектов, как большие города, это было не важным. Для противодействия им, наши специалисты занялись разработкой специальных дронов-перехватчиков, для управления которыми можно было использовать обычную геймерскую приставку. Да и наведение было очень простым – акустическим. Всем было хорошо слышно, где именно находятся вражеские аппараты. А в последнее время наши вундеркинды пошли ещё дальше. Они принялись работать над улучшением "машинного зрения". Направление это новое, сложное, но многообещающее, так что денег на такое было не жалко.
Между тем, значительное численное превосходство противника давало о себе знать, и на отдельных участках фронта россияне хоть и медленно, но понемногу продвигались. Особенно, это было заметно на донецком фронте, где засветились наши старые африканские знакомые - вагнеровцы. Всё же прежний боевой опыт давал о себе знать, да и не жалели они своих штрафников - отряды штурмовиков из бывших зэков. Как и когда-то штрафбаты, их обычно пускали впереди, ведь такого расходного материала было не жаль. Надо будет – еще насажаем. Если так пойдёт и дальше, то придётся все тюрьмы и колонии в России позакрывать, оставив разве что женские.
Крайняя волна мобилизации привела кто тому, что "глубинный народ" наконец то начал задавать ненужные вопросы, а более миллиона россиян так и вовсе махнули за поребрик. Это стало причиной того, что Кремль все активнее стал использовать контрактную систему, делая ставку на маргиналов, которых в глубинке имелось более чем достаточно. Но долгое время выгребая из регионов желающих заработать шальные деньги, россияне были вынуждены поднять единовременную выплату по контрактам до двадцати тысяч долларов. А это очень приличная сумма - даже мы не могли себе такого позволить. Что поделать: нефть продолжала бить из-под земли. Единственно, утешали расчёты наших аналитиков. Все они единогласно утверждали, что такими темпами России хватит не более чем на два-три года, а далее - либо принудительная мобилизация, либо окончание войны. Три года – это пожалуй многовато, хотелось бы надеяться, что они ошиблись и не учли действие санкций и наши усилия по снижению объема экспорта нефтепродуктов, как и прочее, направленное против их союзников - явных и тайных.
Надо признать, что пропаганда войны "за поребриком" была на высоком уровне. Взять хотя бы все эти патриотические акции типа "Бессмертный полк", "ничто не забыто - никто не забыт" и прочую лабуду. А ведь ещё великий Аристотель заявлял, что следующая война начинается тогда, когда люди забудут о предыдущей. Так что зря все эти крики, о том, что ничто не забыто - похоже, там уже ничего не помнят.
Что до меня, то я старался поддерживать себя в тонусе, хотя здоровье было далеко не то, а тут еще и мотаться приходилось по всему миру. Хорошо, что смог наладить работу своей бизнес-империи и мои дети, вместе с мистером Муром и его командой пока справлялись. Хочу сказать, вот уже лет десять как Генриха Крауфа на посту исполнительного директора, или управляющего делами корпорации, сменил австралиец Мур. Да и сам я начал передавать рычаги управления своему Виталику, Сашке и мужу Светланки. Времени на всё не хватало, ведь сейчас, я был главным образом сосредоточен на украинских делах.
Вот и сегодня, удобно устроившись под кондиционером в помещении малого штаба под Николаевом, я просматривал бумаги из особой папки. "Особой" она называлась не потому, что в ней лежало нечто сверхсекретное, вовсе нет. Просто еще год назад я попросил командиров четырёх наших бригад обратиться к личному составу с необычным предложением, которое не присуще воинским подразделениям. На досуге, мне припомнились прежние советские времена с их плюсами и минусами и правильным подходом к рационализаторским предложениям. Что можно сказать – иногда это приносило неплохие результаты. Временами, среди кучи шлака удавалось отыскать настоящий бриллиант, который тянул уже не на рацпредложение, а на самое настоящее изобретение. Вот я и подумал, а не вернуться ли в прошлое и знать о предложениях снизу, от рядовых бойцов, те предложения, которые не видны из окон генеральских кабинетов.
И как оказалось - не прогадал, за короткое время поступило немало как интересных, так и спорных предложений. Начиная от дооборудования тяжёлой техники рыбацкими сетками, что, по мнению авторов, должно было защитить её от вражеских дронов, до специальных дронов-перехватчиков с секаторами, которые должны были разрезать тоненькие паутинки линий оптоволокна. Разбираться с ворохом предложений времени не было, так что в мою личную папку попадали лишь те из них, которые проходили первичный фильтр на "здравый смысл". Но то, что сейчас лежало передо мной, удивило, а скорее – рассмешило. Какой-то сержант, который был не намного моложе меня, предлагал пригнать на фронт несколько сотен - то ли ослов, то ли козлов – и направить их в передовые подразделения.
- И как это понимать, неужели нашим парням надоело таскать на себе свои пулемёты, боекомплект, воду и харчи? Как так получилось, что мой секретарь пропустил эту ересь в мою персональную папку? Надо же такое… Видать решили: если уж болеть - так на всю голову…"