Неделю спустя появляется ошеломительная новость. Ошеломительная значит удивительная, только при этом ещё и неприятная. Савана, одна из русалок, подвернула ногу. Она не может танцевать.
Но мадам Люсиль говорит:
— Савана всё равно выступит в балете. Она будет устрицей, а…
ЧТО???
…Бри заменит её в роли русалки.
Бри виснет у меня на шее. Она расплывается в счастливой улыбке. (То есть улыбается от уха до уха.)
— Я так рада за тебя, — говорю я. Вот только на самом деле я вовсе так не думаю.
Меня гораздо больше устраивал тот вариант, когда ни одна из нас не была русалкой.
Дома я запихиваю свой чудесный хвост глубоко в шкаф. Мои русалочьи времена в прошлом!
Когда мама заглядывает пожелать мне спокойной ночи, я рассказываю ей про Бри.
— Я злая, плохая девчонка.
Я соврала. Я сказала, что рада за неё. А это не так!
— Не совсем соврала, мне кажется. Ты же хочешь радоваться за Бри, верно?
— Конечно. Она моя лучшая подруга!
— Сейчас тебе трудно радоваться за Бри, потому что ей досталась роль, которую очень хотелось получить тебе. Ты ей завидуешь. Но у тебя такое доброе и щедрое сердце, что скоро ты и думать об этом забудешь.
Я абсолютно уверена, что у меня самая мудрая мама на свете.
На другое утро я отдаю Бри мою совершенно необыкновенную тиару из ракушек.
— Это подарок, — говорю я.
— Я бы хотела, чтобы мы обе были русалками, — говорит Бри.
Приближается время выступления. Мой костюм великолепен.