Код мессии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ему очень не хотелось оставлять ее сейчас, но не мог же он обсуждать с Джасмин этот вопрос в присутствии дочери. Прижав Холли к себе, он поцеловал ее в щеку.

— Мы скоро придем. О’кей?

Она едва заметно кивнула, силясь понять, в чем дело.

— Но, Том… — снова запротестовал Алекс.

— Папа, я тебе все объясню потом, — сказал Том, взял Джасмин за локоть и повел ее к машине, не обращая внимания на желающих принести ему свои соболезнования.

— Когда ты намерен проверить результаты сканирования Холли? — спросила Джасмин, едва захлопнула за собой дверцу.

Том молчал. Он ощущал странное облегчение от того, что она все уже знает. Он ненавидел всякие тайны и недомолвки.

— После поминок, — наконец произнес он.

— Зачем ты это сделал, Том?

— У меня нет выбора. Мне необходимо знать.

— Вздор! — воскликнула Джасмин. — Чушь собачья! Геноскоп выдаст тебе данные, которые тебе и видеть не захочется! Да и не нужно тебе это знать! Тем более сейчас.

В двух милях к северо-востоку, за территорией Гарвардского университета, располагался кампус компании «Джиниус байотек дайагностикс». Сейчас тут было тихо. Большинство сотрудников головного офиса компании не работали по субботам и, уж конечно, по вечерам. Помимо территории, освещенной галогенными лампами системы безопасности, позволявшей телекамерам наружного наблюдения непрерывно следить за прямоугольными зданиями производственных помещений в восточной части, где выращивали белки, остальная часть кампуса лежала во тьме.

В огромной пирамиде из специального тонированного стекла, меняющего свой цвет в зависимости от освещенности, светилось лишь несколько окон. Здесь, в этой доминирующей над всей территорией громаде, располагалась штаб-квартира крупнейшей в мире компании, занимающейся исследованиями в области генетики. Но на верхних этажах, где помещались коммерческие отделы, зал совещаний и большая часть кабинетов директоров компании, включая кабинет Джека Николса, было темно. Одно окно светилось в лабораторном комплексе, занимавшем два средних уровня. На первом этаже единственными источниками света были атриум, служивший приемной, и совершенно пустой сейчас отдел приема и обработки информации, которым заведовала Джасмин Уошингтон и где обрабатывались данные, поступавшие из филиалов компании «Джиниус», разбросанных по всему миру. Ввиду приближающегося Рождества пустовала и небольшая палата в больничном отсеке на первом этаже и также была погружена во тьму.

Пока Том Картер и Джасмин Уошингтон были на поминальном обеде, в кампусе «Джиниус» дежурили только двое охранников у главных ворот и еще двое, следившие за мониторами камер наружного наблюдения, установленными в атриуме пирамиды.

И все же был тут один работающий мозг — на втором этаже стеклянной пирамиды, в одном из отделов лаборатории имени Менделя.[4] Мозг принадлежал аппарату по имени ДАН, названному так одним из его создателей (он просто составил анаграмму из английской аббревиатуры дезоксирибонуклеиновой кислоты, ДНК — DNA).

В 1990 году, после многочисленных конференций 80-х, был дан старт самому значительному научному предприятию со времен космической программы «Аполлон» — проекту «Геном человека». Его цель была проста: определить каждый в отдельности и все из сотни тысяч или приблизительно такого количество генов, формирующих «модель» любого человеческого существа, расшифровав три миллиарда знаков в генетической программе ДНК человека. Поначалу возглавляемый Джеймсом Уотсоном, одним из первооткрывателей структуры ДНК, проект «Геном человека» охватил весь мир, причем ученые всех национальностей проявили беспрецедентный энтузиазм и готовность к сотрудничеству. Но к середине 90-х, несмотря на ряд крупных достижений, конкурирующие группы исследователей начали патентовать гены, которые им удалось расшифровать, и жизненно необходимый дух сотрудничества был утрачен.

В начале 1989 года доктор Том Картер независимо от других разработал концепцию нового аппарата, наполовину компьютера, наполовину микроскопа, который мог бы читать ДНК прямо с хромосом в клетке организма — примерно таким же образом, как кассовый сканер в супермаркете считывает штрихкод с товара. К началу 1990 года он окончательно доработал теоретическое обоснование своего аппарата, но для его работы был нужен более мощный компьютер, чем все тогда существовавшие, чтобы концепция превратилась в реальность. В том же году, читая лекцию в Стэнфорде, он встретился с юной студенткой, занимавшейся компьютерными технологиями и буквально помешавшейся на идее создания процессора на белковой основе. Это была Джасмин Уошингтон. Через девять лет они создали геноскоп и преуспели там, где ученые всего мира потерпели фиаско, выявив местоположение и функцию каждого из всех 99 966 генов, которые определяют сущность любого человеческого существа.

Один из этих геноскопов сейчас и издал низкий рокочущий звук, когда его «глаз» просканировал три миллиарда знаков в структуре ДНК, которую он только что расшифровывал.

«АТГ-ААГ-ГАТ-АЦГ-ЦТА-ТЦА…» — считывал «глаз».

ДАН, как и все геноскопы в штаб-квартире компании «Джиниус» и в ее наиболее продвинутых лабораториях, был версией четвертого поколения. Он мог одновременно сканировать до пятидесяти образцов. В тот вечер, однако, он сосредоточился на одной конкретной клетке человеческого организма.

Маленькие цветные индикаторы размером с кошачий глаз, установленные на черной поверхности гибкой «шеи», в которой помещался управляемый лазером электронный микроскоп, он же «умный глаз», беспрерывно мигали. Они сигнализировали, что объективы высокой разрешающей способности переносят свое внимание и фокус с одного намагниченного фрагмента ДНК на другой, считывая закодированные гены как многоцветный штрихкод.

Урчание исходило из овального черного ящика, который являл собой тело аппарата, формой напоминающего лебедя. В нем находился «мозг» геноскопа: биокомпьютер седьмого поколения, настолько мощный, что его можно было назвать виртуальным человеческим мозгом. Он полностью копировал работу нейронных связей. В известном смысле это было почти живое существо: в нем использовался светочувствительный сложный белок, бактериородопсин, который способен устанавливать логические связи неизмеримо быстрее и качественнее, чем микрочипы. Этот процессор мог работать в тысячу раз скорее, чем его самые современные электронные конкуренты. ДАН урчал, пока его виртуальный мозг занимался расшифровкой данных, посылаемых ему «умным глазом», транслируя генетическую программу одного из организмов, которые создали его самого. Человека.

ДАН был одним из шести аналогичных аппаратов в компьютерном отделе лаборатории имени Менделя. Все блестящие белые рабочие поверхности помещения были идеально чисты.

За исключением одной.

На ней лежали использованный пластиковый картридж и портативный микроскоп, рядом с ванночкой, наполненной намагниченным флуоресцентным красителем и агар-агаром, валялась пипетка. Чуть дальше стояла подставка с пробирками, мензурка с водой и лежало лабораторное предметное стекло с мазком слюны для анализа — во всем были видны следы торопливого приготовления образца для генетического сканирования.

Процесс подготовки образца для анализа был стандартным. Сначала необходимо получить генетический материал — для этого вполне годились волосяная луковица или мазок слюны. После этого под микроскопом отделялась одна клетка, потом ее помещали в пробирку и заливали намагниченным флуоресцентным гелем. Это давало возможность высветить двадцать три пары хромосом данной клетки и окрасить каждое из четырех нуклеотидных оснований в разные цвета. Затем окрашенная клетка запечатывалась в биологически стерильный пластиковый картридж, который вставляли в «грудь» «черного лебедя» — геноскопа, который анализировал полученную информацию.

«ЦАТ-АЦГ-ТАГ-ГАЦ…» — продолжал считывать «умный глаз» ДАНа двойную спираль ДНК, свернувшуюся среди двадцати трех пар хромосом клетки, выделяя различные цвета оснований, которые формируют секции спирали; полученная информация уходила по длинной шее «лебедя» в его «мозг», и тот продолжал проверять сочетания и последовательность «букв» генетического кода — каждое такое сочетание представляло собой нуклеотидное основание: цитозин, аденин, гуанин, тимин,[5] — а затем считывал гены, ими сформированные. ДАН постоянно консультировался с собственной непрерывно пополняющейся базой данных и нейронной сетью, чтобы определить цепь аминокислот, кодируемых каждым геном, проверяя, какие именно аминокислоты есть в цепи, сколько их и в каком порядке они расположены. В итоге виртуальный мозг мог определить, какой белок будет синтезирован.

Белки — это строительные кирпичики жизни. Через них гены осуществляют любые физиологические изменения в любом организме, определяя, какие клетки формируют какой орган, решая, как клетки будут делиться и отмирать. Через их посредство наши гены заставляют расти волосы, управляют перевариванием пищи в желудке, вызывают слезы и слюноотделение и даже определяют день нашей естественной смерти — так же точно, как и день нашего рождения.

ДАН, который сейчас столь угрожающе гудел и рокотал в лаборатории, был занят считыванием кода генетической наследственности, записанной в клетке человеческого организма, запечатанной в стерильный контейнер; определял все физические характеристики — от цвета глаз до формы носа; выявлял основные данные — от интеллекта до спортивных способностей; предсказывал все заболевания, начиная с цистита и кончая раком.

Внезапно тон рокота изменился и все индикаторы на «шее» «лебедя» один за другим погасли, оставив светиться только красный индикатор готовности к дальнейшей работе. Геноскоп выполнил поставленную перед ним задачу. Он перевел три миллиарда «знаков» данного генома, просмотрев и проверив все 99 966 генов и каждый в отдельности.

[4] Мендель, Грегор Иоганн (1822–1884) — австрийский естествоиспытатель, основоположник учения о наследственности, положившего начало генетике как науке.

[5] Аденин, гуанин, цитозин, тимин — пуриновые (два первых) и пиримидиновые (два последних) нуклеотидные основания; содержатся во всех живых организмах в составе нуклеиновых кислот. Каждое является одной из 4 «букв» генетического кода (соответственно А, Г, Ц и Т). Тройка нуклеотидов (кодон или триплет) — единица генетического кода. Последовательность кодонов в гене определяет строение синтезируемого данным геном белка.