Как мне нравится моё имя. Мой день, моё имение.
Меня интересовало в нём всё. С нетерпением ожидала встречи с дальней деревенькой и хижиной травницы, в которой восстанавливалась после отравления Кристин. С той самой поляной, и её потаённым местом. Я должна была туда проникнуть самостоятельно под видом прогулки. Мне необходимо было изучить местность. Предлог, конечно же, сбор дикоросов. А ещё радовала возможность вдохнуть полной грудью, ощущая себя хозяйкой положения.
Запах трав, и утренней росы и шорохи в листве. Спокойный аллюр послушного животного под тобой, всё это было, тем, о чём я мечтала столько дней.
— Леди Дениза, мне прадед рассказывал, здесь донна Каталина собирала свои лечебные травы и коренья. До землетрясения, и обвала в горах, протекал по поляне ручей. Говорят, чудотворный. Княгиня все коренья здесь перемывала, сушила и в замок отправляла.
— Спасибо мистер Коллин, давайте сделаем привал. Помогите мне, осторожно плечо. Я похожу, посмотрю травы от воспаления, не теряйте меня.
Уходила всё дальше в сторону кустарников. А кустарник тот самый, багульник — кремовые, практически белые лепестки цветов, как же его назовут в науке, и будут находить у нас на Алтае?
Надев перчатки, собирала в сумку ароматные соцветия с кустарников, что недоросли мне ещё до уровня груди. Аромат пьянил и дурманил. Услышала шум ручья, пробиралась, всё дальше раздвигая руками густорастущие стебли, что доставали мне уже высотой своей до плеч и выше. Уставая, думала, уже не найду ничего.
Кустарники практически в мой рост, скрывали лаз. Просто нора какая-то. В моём положении невозможно туда пробраться, её однозначно придётся углублять. С больным плечом, одной. Я если честно не рискну.
Сожалея, повернулась обратно.
Всё как говорила Кристин, но не сейчас, позже. И снова соцветия и лепестки. Их сбор занял много времени.
Возвращалась на поляну, задумчиво рассматривая попутчиков.
— Мистер Коллин, далеко ещё до озера?
— Нет, ваша светлость. И старую лачугу травницы я знаю, но нет там ничего от старых запасов. Там только стены остались от строения, и ветхая крыша, местами обвалившаяся с разбитой черепицей.
— И всё же давайте проедем. Плечо с каждым днём всё больше болит. А бабушка говорила о потаённом местечке, вроде там знахарка травы какие-то берегла.
Ускорились. Озеро, что зеркало, огромное, с отражением небесной синевы в нём. Сказочное. Яркое буйство летних красок и изумруда зелени. Тревожные мысли не давали покоя. Что-то гнало меня вперёд, предчувствие неминуемой беды, отчего же? Такое чувство, что боялась не успеть. Доверяя интуиции, ворвались рысью в деревеньку.
— Вы же говорили, здесь никто не живёт, — прокричала сгоряча, слыша детский плач.
Мужчина нахмурился.
— Негоже вам на это смотреть леди.
— Почему?
— Непотребная здесь одна приютилась, приплод у неё народился, а мужа никогда и не было. Вот пришла она на ваши владения леди, и поселилась здесь.
— Помогите мне.
Протянула руки к мужчине. А далее, пройдя между хижинами решительным шагом, я опять услышала призывный детский плач. Наложив на себя крёстное знамение, взошла в лачугу.
— Мадонна!
В старых тряпках сидел ребёнок, девочка, лет четырёх и горько плакала, растирая слёзы кулачками по худеньким щёчкам. Обессилившая женщина лежала рядом, на жалком подобии кровати.
— Что с вами миссис?
Сняв грязную перчатку, я осторожно положила ей руку на лоб. Сильный жар.
— Не бойтесь меня, я хочу понять, чем вы больны, вы понимаете меня?
— Да, леди. Ребёнок, она голодна. Уже несколько дней. Помогите.
Я попросила сопровождающих меня людей заняться девочкой, разрешила дать малышке кусочек маленькой булочки, размоченной в молоке, и главное питьё. Всего немного, через интервалы. Они с неохотой подошли к малышке. Удивлённо наблюдала за происходящим.
— Мисс Эффи, мне повторить мою просьбу?