— До сих пор Костяной Топор успешно прятался от слежки, — продолжил я, чуть повысив голос. — Он сам был в прошлом неплохим охотником и знал, как нужно себя вести, чтобы запутать следы. Лишь один раз в год вождь вынужден появляться на торжестве Посвящения, где юные отпрыски племён обагряют свои руки кровью чужаков. То есть, нашей. Но мы вам не враги, нас таковыми делают насильно. В королевстве этот варварский обычай давно запрещён, а воинов тренируют иначе. Закаляя в настоящих битвах, против реальных противников. Но вот беда, где находится тайное святилище, никто не знает. А местные, как всегда готовы проглотить свой язык, лишь бы не выдать его местонахождение. Поиски долгое время не давали результата, пока их не возглавила новая Несокрушимая. Без рогов. Первая в своём роде, вестник перемен, которая не чурается помощи наёмников. Потому что сама была ею в прошлом, вместе с новой королевой. У Карающей Длани своя клятва мести отступнику. Он дважды сломал ей жизнь, как никудышный командир и как отец, отвернувшийся от собственной дочери. Третьего раза не будет. Сегодня она наконец-то свершит своё возмездие и докажет, что она — Несокрушимая.
Слушателей окончательно прибило услышанным, но если честно, вся эта «Санта-Барбара» даже меня в своё время озадачила. На фоне Костяного Топора даже мой папаша меркнет. Высказать ему я много чего хочу, а вот убить…
Пожалуй, будет перебор.
Некоторое время мы сидели в восхитительном молчании. Мара с помощью подруг плела что-то из распрямлённых ветвей, маленький резчик царапал столешницу, высекая на ней силуэт боевого топора, зеки прислушивались к стихающим звуком боя. С одной стороны география благоволила защитникам убежища, а с другой разместить в ущелье кучу народа она не позволяла. Я от скуки насчитал чуть больше трёх десятков обитателей, не считая личной охраны вождя. С него станется бросить на стены даже неофитов, которые так и не дождались церемонии, но глобально это ничего не изменит.
Бывшая наёмница знает толк в осадах и не стесняется применять штурмовые хитрости. У шеков, к примеру, до недавнего времени вообще не существовало отдельных отрядов стрельцов. Арбалетами владели редкие охотники, да и то там зачастую использовались такие агрегаты, в сравнении с которыми святые самострелы покажутся верхом инженерной мысли. Но главное, Длань — отбитая наглухо особа, с которой лучше не связываться.
Наверное, вся в отца.
Поэтому я даже немного обрадовался, когда из-за открывшейся входной дверью выглянул один из надсмотрщиков. Увы, за его спиной маячила куда более рослая фигура в доспехах. Цвета старой бронзы, с простенькими геометрическими узорами. Вот и всё, допрыгались карасики на сковородочке. Даже быстрее, чем я полагал.
— Вот он, — подрагивающей рукой указал на меня вертухай.
— Да, это я, — пришлось мне признаться. — Но у нас тут урок труда ещё не закончен. Зайдите попозже.
— Выходи, — коротко бросил шекский воин.
Он явно собирался втолкнуть сюда нового постояльца, лишённого дубинки и прочих жизненных перспектив, но увидел моих воспитанников и резко передумал. Молодец.
— Приглядите тут за порядком, пока не вернусь, — попросил я малышей напоследок, ещё раз обведя глазами весь барак.
— Вот, возьми! — пискнула Рама, протягивая мне почти невесомый браслет из плетёной травы.
На удивление, он не рассыпался в моих грубых руках и туго стянул запястье. Определённо, талант у ребёнка.
— Спасибо, это лучший подарок мне на день рождения.
Робкие улыбки стали посмелее, но я в ответ скалиться не стал, дабы не испортить момент. Так и вышел, перепачканный дерьме и крови, зато с плетёной фенечкой на руке. Довольный, как майский жук, который наконец-то нашёл в квартире открытую форточку.
Взошедшие Сёстры едва не ослепили меня лунным светом с порога, и я чуть не проворонил момент окончательного увольнения надзирателя. Королевский богатырь уже занёс меч над ним, но мой стальной кулак успел первым. Бедолага рухнул у стены, но сознания не потерял. Пришлось ещё и снегоступом притоптать пару раз, доводя его до кондиции.
— Может, дать тебе клинок? — озадачился шекский воин.
— Спасибо, просто помоги дотащить. Тут рядом.
Загон с костяными волками пристроили прямо к бараку, чтобы далеко не носить усопших. Да и зданий тут всего с десяток, особо не размахнёшься. А ещё почти треть свободного пространства между скальными массивами отжирала бойцовская арена. Увы, теперь на ней сгрудились совсем другие шеки, громко скандируя имя, будто фанаты на трибунах:
— Ру-Ка! Ру-Ка! Ру-Ка!
Ну, хотя бы не «Шайбу!»…
Похоже, Костяного Топора всё-таки повесили на гвоздик. А один из последних его подручных отправился за ограду загона, откуда вскоре заголосил что есть мочи. Тоненько так, почти как человек. Пёсики дурели от аромата свежей крови, однако скидывать им павших во время штурма победители не собирались. Пусть довольствуются чем есть.
Я ведь предупреждал придурка после первого перелома, но мои слова он почему-то не воспринял всерьёз. А зря.
Окончательно на душе похорошело, когда сквозь рогатую толпу ко мне протолкалась коренастая фигура в сером комбинезоне ниндзя. Вроде целая, потому что стиснула меня так, что снова закололо в проколотом боку. Я не стал отбрыкиваться, лишь стянул с её головы маску-капюшон. Маленькая, но всё-таки месть.
— Фу! — наморщила она свой рубильник цвета перезревшего баклажана. — Воняешь, как дохлая псина!
Однако хватку не ослабила. Как будто я мог снова сбежать.
— Увидишь какой-нибудь водоём, дай знать, подруга.
— Окранова моча, мы ж в пустыне, Рю! Если выльешь на себя чуть больше кружки воды, тебя на хер зарежут!
— Думаю, мне понадобится пара кувшинов. А лучше целое ведро.