- Хорошо, синьор, скоро будет готово.
В это время в коридорчике появился Трубецкой.
- Доброе утро, Вячеслав... - Роман так и не привык называть его по имени, и каждый раз испытывал неловкость.
- Доброе, - мрачно ответил антиквар. - Который час?
- Половина девятого. Заказать завтрак?
- Спустимся в ресторан. - Трубецкой скрылся за дверью ванной комнаты. Через секунду оттуда послышалось жужжание электробритвы.
ГЛАВА 16 ЧТОБЫ МНЕ ЭТО НЕ СТОИЛО!
(Итальянские каникулы)
У Романа сложилось впечатление: весь персонал уже знал, что в отеле поселились русские. Одного не мог понять: либо здесь все владели русским языком, либо к ним специально приставили русскоязычный персонал.
Антиквар оказался приверженцем плотных завтраков. Скоро ресторанный столик был уставлен вазочками с различными вареньями-джемами, корзинками с фруктами и бутербродами, тарелками с салатами. Венчала всё пузатая бутылка с красным вином. Трубецкой настоял на том, чтобы Роман выпил бокал тёрпкого напитка, остальное прикончил сам.
- Прекрасно, прекрасно. Эх, Рэм, завидую твоей молодости, - вытирая усы салфеткой, пробасил антиквар - Хотел бы я быть... Эх, чёрт! Существует ведь где-то рецепт долголетия. Должен существовать! - Он бросил салфетку в пустую тарелку. - И я его найду, чтобы мне это не стоило! - Он понизил голос: - И знаешь, я, кажется, напал на след... - Неожиданно Трубецкой замолчал и посмотрел на свои "РОЛЕКСы". - Пожалуй, нам пора... Не в службу, а в дружбу, - поднимись в номер, захвати мой дипломат.
Поднимаясь на этаж, Роман про себя ухмылялся: "Какие только причуды не бывают у людей! Д-а-а, если денег куры не клюют, многое можно себе позволить". - Но, после слов антиквара, отчего-то он чувствовал странное облегчение.
На кровати Волгин увидел свой аккуратно разложенный костюм. Быстро переоделся, захватил из комнаты Трубецкого чемоданчик и, на ходу заглянув в зеркало, вышел в коридор.
Вячеслав Аристархович ждал его в холле, о чём-то оживлённо беседуя с портье. Заметив Волгина, он нацепил солнцезащитные очки и, забрав дипломат, двинулся к выходу. Роман - за ним. Увидев своё отображение в зеркальной двери, в голове промелькнуло: "Ну чисто мафиози".
На стоянке такси они сели в один из трёх находившихся здесь автомобилей. Водитель не владел русским языком, да и странно было бы, окажись он тоже русскоязычным... Но едва взглянув на клиентов, воскликнул:
- О, руссо туристо!
(Для Романа осталось загадкой: каким образом таксист распознал в них русских).
- Руссо, руссо, - проворчал Трубецкой. - Облико морале. - Он протянул таксисту бумажку с написанным на ней адресом.
- О, си, си, - энергично закивал водитель и запустил мотор.
После вчерашнего дождика улицы выглядели словно умытые. Всё блестело чистотой и свежестью. Но сам город не впечатлил Романа. На открытках и рекламных проспектах виды вечного города казались гораздо красивее. И лишь Колизей поразил. Почти физически он ощутил атмосферу того времени, величие и красоту древнего театра.
Синьор Пабло Сковороди - итальянский приятель архивариуса Николая Васильевича (Роман так и не выяснил его фамилию) жил почти в центре, недалеко от Колизея. "Фиат" свернул с проспекта и, проехав под аркой, пересёк широкий двор, остановился перед высоткой, с единственным парадным подъездом. Вячеслав Аристархович расплатился банкнотой большого достоинства и, не дожидаясь сдачи, вышел из машины:
- Свободен. Ариведерчик.
- Грацио, синьор.- "Фиат" рванул места.
Домофона на подъездной двери не оказалось, как, впрочем, консьержки и лифтёра в вестибюле. Трубецкой уверенно подошёл к квартире ╧ 1. Дверь, после звонка, открыл на вид тщедушный небольшого роста старичок, несмотря на духоту, в тёплой вельветовой куртке.
- Синьор Пабло Сковороди? Вам привет от Николая Васильевича Паршина.
- О-о, да, да, Никола! А вы, э-э, граф Трубецкой? Ждал, ждал. Проходите, проходите. Я получил ваше письмо. Как поживает Никола? Простите, у меня небольшой беспорядок - жена в отъезде.
- Позвольте представить, Роман Волгин - мой компаньон.
- Приятно. - Синьор Пабло повернулся к Волгину. Роман вдруг почувствовал, как рука хозяина квартиры дрогнула в его ладони, а в коротком взгляде промелькнуло что-то... вроде недоумения, удивления, страха.
- Да вы садитесь. - Старичок указал на небольшую софу, покрытую цветастым пледом. - Вино будете?
- Спасибо, мы только что из ресторана.