Адмирал Келли назначил Бреннана на обратный путь командиром второй дивизии фрегатов. А Уэнслея поставил командовать дивизией корветов, не снимая с него ответственности за его корабль.
И молодой командующий каждые десять минут осматривал горизонт в попытке обнаружить хоть какого противника. Ему не терпелось проверить составленные им таблицы стрельбы 120-мм пушек на дистанцию в семьдесят кабельтовых.
И у Сантандера бритты его не подвели.
– Справа паруса, шесть, семь, восемь... Двенадцать кораблей строем кильватера, идут на пересечение нашего курса. Пеленг не меняется, – доклад наблюдателя с марса прозвучал для капитана как бальзам на рану.
– На дальномере, давайте дистанцию. Мичман, репетовать на задний мателот (дублировать сигналы на идущий сзади корабль), поднять сигнал «враг справа», к бою. Передать сообщение светом на флагман. Разводить пары.
Запели дудки и зазвучали колокола. Длинные стволы орудий развернулись на правый борт, поднялись вверх, нащупывая корабли противника, и замерли.
– Дистанция шестьдесят два кабельтова, курс такой-то, пеленг такой-то, скорость противника восемь узлов, девять линейных кораблей и три фрегата.
На следующих за первым корветом кораблях делалось то же самое. Наступил самый ответственный момент. Комендоры застыли у орудий, сигнальщики внимательно вглядывались в идущие впереди корабли, не желая пропустить сигналы.
– Передать на мателоты – стрелять только по моей команде и по моей наводке. Дальномерщик, жду доклад каждые три минуты.
После очередного доклада с дальномера Уэнслей внёс поправки. После следующего доклада ещё, потом решился:
– Первое орудие, правый борт. Цель – головной линейный корабль противника. Дистанция 57, целик влево 12, огонь! – и прильнул к биноклю. Орудие рявкнуло, послышался звон вылетевшей после открытия замка гильзы.
– То же самое. Дистанция 56, целик влево десять, огонь.
– Накрытие! – раздался крик с марса.
– Мичман, репетовать сигналы. Дистанция 55, целик влево десять, четыре снаряда на орудие, огонь бортовыми залпами.
– Противник горит, господин капитан, там пожар.
– Артиллерийский лейтенант, переносите огонь на следующий корабль. Мичман, передайте сигнал: приготовиться к повороту.
– Руль право десять!
– Есть руль вправо десять! На курсе!
– Так держать. Машинное, жду доклада по готовности.
Корабль покатился вправо и вышел на сближающий его с противником курс, за ним манёвр повторили остальные три корабля. Дым уже прилично валил из их труб.
– Дистанция двадцать восемь, пеленг на противника не меняется. Два корабля горят, третий вышел из строя вправо.
– Руль влево десять!
– Есть руль влево десять! На курсе!
– Лейтенант, вводите в дело среднюю артиллерию. Мичман – сигнал «общий огонь».
– Дистанция 25 кабельтовых (4,6 километра).
К гулким выстрелам бакового и кормового орудий добавились хлёсткие залпы 45-миллиметровых пушек. Корабли противника уже просто отворачивали вправо, несмотря на то, что горящий флагман продолжал идти прямо, время от времени производя выстрелы из своих 48-фунтовых пушек. Ядра не долетали до корветов почти километр.
– Ну и упрямый же дятел там командует, – не выдержал и выругался штурман корвета.
– Решил погибнуть, но не быть казнённым вместе с семьёй за трусость и покидание поля боя, – не отрываясь от бинокля проговорил капитан. Внезапно на месте флагмана противника возник огненный шар, к небу поднялись клубы дыма, и только потом издалека донёсся звук удара.
– Погреб! – крикнул с марса наблюдатель.
– Четыре красные ракеты с флагмана нашей эскадры, – поступил доклад сверху.