— Капитан, это револьвер. Он ещё не у всякого нашего офицера есть. Это кто-то из имперских.
— Я сам вижу. Машинное, машина стоп! Полный назад! Стоп машина! Лейтенант, в шлюпку. Команде занять места с винтовками для прикрытия шлюпки! — и капитан дернул за висящий в рубке трос.
Раздался басовитый гудок, перекрывший все шумы. Канонерка, а это была одна из новых морских канонерских лодок, начала останавливаться, потом сдала назад и замерла посередине реки, подрабатывая машинами.
Матросы заняли места вдоль бронированных бортов надстройки, шесть орудийных стволов хищно смотрели в сторону городка. Шлюпка ходко пошла к берегу.
— Всадники у дома! — крикнул наблюдатель из бронированной бочки над нижней реей мачты.
Марджани выпустила последний патрон и в изнеможении опустилась коленями на песок. Пароход продолжал уходить вверх по реке.
— Госпожа, нас не услышали! Перезарядите своё оружие, мы на открытом мес... — договорить Вейна не успела. Над рекой раздался трубный звук неожиданно прозвучавшего гудка.
Пароход замедлил ход, под его кормой появился большой бурун, после чего он двинулся назад и остановился напротив них. По крыше надстройки бежали люди и куда-то спрыгивали, а из-за кормы парохода показалась большая лодка.
Внезапно его пушки изрыгнули огонь, сзади грохнули разрывы, а люди с палубы корабля открыли беглый огонь из винтовок. За спиной у женщин из городка попытались выскочить всадники, появились пешие воины.
— Быстрее! — крикнули из шлюпки.
Моряки прыгнули в воду и бросились к берегу. Марджани не успела ничего понять, как её схватили сильные руки и понесли в шлюпку. Офицер на носу большой лодки и два матроса стреляли куда-то ей за спину из винтовок. Сзади кто-то вскрикнул.
Шлюпку столкнули, и матросы начали грести изо всех сил. Марджани обернулась и увидела побледневшую служанку, которой стрела попала в плечо.
— Всё на борту, там всё... — крикнул ей в ухо офицер, схватив за плечо и не давая встать.
— У нас раненая, примите!
Сразу сверху протянулись сильные руки, и служанку практически выдернули из шлюпки на борт корабля.
— Ваше Высочество, — официально обратилась к ней Вейна, — я сама займусь её раной. Идите с сыном внутрь.
— Кто вы все? — внезапно раздался голос, и, обернувшись, Марджани увидела строгого капитана.
— Я Марджани Аливарди Хан, княгиня Бардамана и дочь султана Дакки. Эти женщины — мои служанки, — ответила она на таком же имперском.
— Капитан, шлюпка и команда на борту. Потерь и раненых нет, за исключением женщины из спасённых.
— Разворачиваемся и идём в Бахаранг. Это теперь важнее. А Вы, госпожа, проследуйте с ребёнком и служанками в мою каюту. Я сейчас пришлю фельдшера с бинтами и прочим для перевязки раны.
К счастью, рана служанки оказалась неопасной — стрелу достали, рану быстро обработали и перевязали.
— Как тебя звать?
— Сувон, Ваша милость.
— С этого момента от меня ни на шаг, как и ты, Вейна. Вы и кормилица — это всё, что у меня осталось от прошлой жизни.
Канонерская лодка пришвартовалась к городской пристани Бахаранга после семи вечера. Капитан лично отправился сопроводить женщин в штаб имперских войск.
— Господин маршал, там капитан канонерской лодки, что Вы отправили на Субарну. У него важное сообщение, — в дверь кабинета, где несколько генералов корпели над картой, просунулась голова адъютанта Болтона.
— Господа, я сейчас, — Болтон вышел в большую прихожую и увидел перед собой капитана канонерки и с ним четырёх крестьянок с маленьким ребёнком на руках.
Болтон недоумённо посмотрел на капитана.
— Господин маршал, разрешите представить Вам спасённых в Хемантере: дочь султана Дакки принцессу Марджани Аливарди Хан, её сына — наследника Бардамана, и её трёх служанок.
Глава девятая