— Не потому ли меня на полигоне ждёт Магистр из очень хорошего рода? — с ухмылкой спросил я.
Князь согласно кивнул и сменил тему.
— С севера доходят слухи, и нам нужно будет поговорить, но пока не забивай себе голову. Сосредоточься на… «Магистре из очень хорошего рода».
Я не сдержал улыбку.
Сегодня доказывать свои способности я буду не столько Григорию Арсеньевичу — Демидовы и так знали, с кем заключали союз. Как и Шаховские, ведь и те, и те сделали своё предложение о союзе. Сегодня меня ждали вассалы и ближники князя. Ранг рангом, но Южноуральск — княжество большое, и пусть многие слышали о роде Клинковых, но далеко не все знали, на что я был способен. А мы уже почти лоб в лоб столкнулись с давним и общим врагом. Солнечниками.
И разве моё утро могло начаться лучше, чем с поединка?
Мы отправились на дворцовый полигон. Он был похож не столько на арену для тренировок, сколько на боевой театр. Просторный круглый плац, вымощенный серым камнем, уходил вглубь амфитеатром. Белокаменные стены были иссечены рунами, каждая из которых удерживала магический купол.
Я уже видел подобные арены, но эта выглядело куда мощнее и тяжелее. Каждая плита на земле дышала силой, словно через неё пропускали магию сотни поколений. Я был уверен: этот купол и стены выдержат заклинания даже ранга Архимага.
На простых скамьях амфитеатра уже собрались вассалы. Их было немного — несколько десятков магов и воинов с гербами и сопровождением. Те, кто служил Демидовым и княжеству Южноуральскому, те, кто доказал своё право на место под княжеским знаменем. Когда я появился на полигоне, то услышал приглушённые перешёптывания.
— Это из-за него мы идём на войну?
— Выглядит молодо…
Я шёл вперёд и не обращал внимания на эти голоса. Сомнения можно разрушить единственным способом — силой. И с князем, который уже занял своё место на трибуне, у нас был именно такой уговор.
Рядом с ним были знакомые для меня лица — в конце концов, я изучил историю княжества и его родов, да и на приёме у князя не раз видел их. Соловьёвы, старый род артефакторов, чьи мастера снабжали княжество зачарованными клинками. Крутилины, воинская семья с севера княжества — мы не часто с ними пересекались, но они были первые на северных границах. И, конечно же, Шаховские, пусть и не лично Архимаг, а один из Магистров с сопровождением.
Когда я вступил в круг, воздух дрогнул. Не от ветра. Не от рунической защиты. От меня, от ауры. Я не выпускал её специально, не давил, не стремился показать мощь, но здесь, на древних камнях, она жила собственной жизнью. Волна хаотической силы скользнула по плитам и коснулась зрителей. Кто-то из сопровождения вздрогнул, явно не ожидая такой ауры от молодого мага.
Я увидел, как Мастер из рода Крутилиных напрягся, и его рука сама скользнула к эфесу меча, хотя здесь оружие было бесполезно. Инстинктивная реакция. И очень лестная для меня.
— Это хаос, — донёсся до меня чей-то голос.
Я остановился в самом центре круга. Под ногами камень отозвался низким гулом, будто признавая мою силу.
Я сделал вдох. Воздух был густой, насыщенный магией, с железом и пеплом.
Я едва заметно усмехнулся, ощущая, как под куполом дрожит напряжение.
— Ну что, господа, — сказал я, и мой голос эхом разнёсся по арене, — кто сегодня будет моим противником?
Мой соперник вошёл в круг через другую арку. Высокий, сухощавый, в длинной мантии серебристого цвета, в нём чувствовалась лёгкая усталость и сила.
В конце концов, напротив был Магистр Борислав Якимов. Его движения были спокойными, без суеты, как у человека, который знает цену себе и противнику.
Он лишь занял место напротив меня и тряхнул белобрысой головой с растрёпанными волосами.
— Максим Клинков, — сказал он, его голос был сухим, но без всякой издёвки. — Говорят, ты недавно стал Магистром. Не думал, что у нас будет встреча так скоро.
Он слегка склонил голову в знак уважения. Я ответил тем же.
Мы не были врагами. Сегодня я лишь намеревался снять возможные претензии и сомнения, и Бориславу просто не повезло оказаться на той стороне полигона.
Князь Демидов поднялся с места, его голос разнёсся над ареной:
— Сегодня у нас поединок Магистров. Условия известны: защитный купол и пелена установлены. Смерти никто не допустит, но поражение будет видно всем.
Вокруг меня и Борислава задрожала невидимая пелена. Её можно было заметить, только сосредоточившись. Если собственные щиты падут, а на пелене будет хотя бы небольшое повреждение, то будет понятно, что ты проиграл. Простые правила. И честные. В конце концов, никто и правда не хотел смерти Клинкова или Якимова.
Борислав расправил плечи, его аура мягко развернулась, заполнив круг. Я чувствовал, что он был неплох — в конце концов, Магистром просто так не становятся.