— Если Максим прав, — вновь заговорил Гавриил, — и паук действительно эволюционирует, да ещё и людей или зверей здесь не было долгое время, то есть шанс, что внизу, на земле, паутины будет немного.
Ярополк согласно кивнул головой.
— Главное, — подхватил я, — не использовать заклинаний и постараться не шуметь в самой пещере. Эхо может разнести как нашу магию, так и голоса. В крайнем случае можно использовать сигнальные обереги. Они, конечно, используют ману, но совсем чуточку. Каплю в море, которую вполне можно спутать со свечением кристаллов.
План, конечно, был дерзким, но возвращаться назад и пытаться спуститься в пролом в развилке мне совсем не хотелось. Я предпочитал конкретного, осязаемого врага неизвестности. Да и мне почему-то казалось, что мы справимся.
Самым сложным будет именно забраться в зал через небольшой пролом. Нужно будет действовать аккуратно, по одному, и как только мы все окажемся внутри, выбраться назад уже не выйдет.
— Я бы хотел убить паука, — честно признался Ярополк. — Несмотря ни на какие потери. Не знаю, во что монстр эволюционирует здесь, в пещере, но ничем хорошим его адаптация не закончится.
Он сделал небольшую паузу. Я это мнение разделял, и, будь ситуация другой, вполне можно было придумать план, чтобы поохотиться на тварь. Но не сейчас. Ни в этой группе. Я уж точно не во время другого задания.
— Но полагаю, что можно будет вернуться в Чернореченск и разместить заказ отдельно, — закончил говорить Ярополк.
Гавриил всё ещё не принял решение, только ходил туда-сюда, заложив руки за спину.
— Ты же очень хотел попасть вниз, — обратился я к нему. — Любой ценой. Вот она, твоя цена.
— Ладно, — остановился Гавриил. — Мне всё ещё не нравится этот план, но другого у нас нет. Давайте сделаем это.
Почти час ушёл на инструктаж и подготовку. Часть вещей пришлось оставить перед входом в пещеру. Конечно, было жалко оставлять часть поклажи, но рисковать оступиться или не удержать равновесие и в итоге потерять жизнь из-за каких-то вещей было просто глупо.
Никаких магических маяков или маркеров оставлять не стали — просто написали на стене предупреждение тем, кто пойдёт за нами. Если, конечно, кто-то когда-то решит спускаться в глубины этой шахты. Хотя Ярополк вон собирался.
— Ну что, всё-таки не зря мы оставили наверху Круг возврата? — спросил меня Гавриил.
— Не зря, не зря, — улыбнулся я. — Осталось лишь с помощью него вернуться.
Приготовления были сделаны, и перед тем как войти в пролом, я дал последние указания:
— Никакой речи. Никакой магии. Если понадобится связаться — используйте жесты и обереги. Двигаться будем по одному, след в след.
Лица вокруг были каменными и напряжёнными. Даже Аскольд, обычно весёлый и азартный, нахмурился. Я дождался готовности бойцов и магов и первым полез в пролом. Я аккуратно залез наверх и пролез внутрь. Камни под ногами на той стороне были сыпучими и мелкими.
На миг замер. Паук всё ещё висел наверху, мерно и медленно раскачиваясь. Мне казалось, что я даже слышал лёгкое поскрипывание паутины. Лапы медленно вздрагивали. Даже по его внешнему виду был заметен процесс адаптации.
Я аккуратно шагал по обломкам, кускам колонны и камням. Было легко оступиться, но я сохранял баланс до тех пор, пока не почувствовал под ногами неровный пол.
Я впервые увидел его, сверху, из пролома его скрывала тень. Нам повезло, что паук явно был мужского пола — иначе был шанс обнаружить здесь яйца и маленьких паучков. Хотя тогда мы столкнулись бы с ними ещё в тоннеле или даже на спуске в шахту.
Всё пространство внизу пещеры было завалено обломками, камнями, пылью и гнилыми деревянными балками. Впрочем, это не значило, что путь был непроходимый. Слева, вдоль стены, я видел просвет. Туда и нужно было добраться в первую очередь.
Я послал короткий и едва заметный сигнал с помощью оберега. Мои глаза уже привыкли к темноте, и я увидел, как в пролом залезал Ярополк, а следом за ним полезли остальные. Один за другим бойцы спускались вниз, до тех пор пока здесь не оказались все. Пути назад не было.
Мы двинулись цепочкой. Я осторожно шагал, останавливался, осматривал обломки и пол, а затем снова шёл. Я передвигался ловко, но медленно, без рывков. За мной шли Аскольд и Ярополк, а затем все остальные. Мы двигались в тенях, без ламп или заклинаний света. Глаза уже привыкли к относительной темноте.
Мы почти добрались до просвета в стене, когда я услышал, как какая-то деревяшка глухо ударилась об пол. Следом за ней раздался металлический скрежет.
Один удар сердца. Два. Три. Четыре. Хаос! Хотелось выругаться от души. Не знаю, что за дебил накосячил, но это было не важно. Я почувствовал, как паук шевельнулся. Сложно было не почувствовать — макушку обдал поток ветра. Я взглянул наверх. Лапы паука сжимались и разжимались, притом обломанная дёргалась в судорогах. Панцирь блестел.
Колонна людей буквально замерла. Не слышно было ни шороха, ни звука — лишь бешено колотились сердца. Не знаю, сколько времени прошло, но лапы потихоньку перестали дрожать, и я смог услышать привычный звук натянутой паутины.
— Пронесло, — тихо выдохнул я и двинулся дальше.
Когда я добрался до просвета между стеной и рухнувшей балкой, то увидел то, чего мы опасались. Паутину. Не серебристую, а чёрную. И всё бы ничего, но паутина, преграждавшая нам путь, была разрезана. Я пригляделся — судя по всему, разрезана она была лезвием меча. Надрез был явно сделан человеком.
Я рискнул и использовал тусклый, бледный Светлячок, и не прогадал. За разрезанной паутиной были чёрные липкие следы на камне. Они уходили вдаль. Но я уже мог предположить, куда они шли. К лестнице.