Первая: Снеггеры были совсем рядом, в "Кэролл-отеле", но доступа туда прямо сейчас не было.
Вторая: Эштон нам соврал и никто, видимо, кроме Фатимы и нас не знал, что он сейчас на территории "Белых бунгало". Или, по крайней мере, был там еще утром.
Третья: двенадцатая вилла принадлежала Эштону, а значит, тело Марко могли спрятать на ней рядом с нашей виллой.
Мне стало жутковато и по коже прошелся мороз.
Четвертая: я начинаю ненавидеть фикусы, которые всегда обожала и которым всегда доверяла даже больше, чем людям. Хотя как-то однажды даже фикус меня подвел, но это старая история.
Ну и пятая, самая неожиданная: на этих же виллах вместе с нами жила одна настоящая кинозвезда и одна настоящая принцесса. Эта мысль лично меня будоражила больше всего, но я знала, что, если сейчас озвучу ее Вадику, то он фыркнет и скажет что-то в стиле: "Девочки — всегда такие девочки".
— Дарина, — вдруг донеесся среди моих мыслей голос Тифлисова сзади.
— Что?
— Кажется, у нас маленькая проблема.
— Маленькая — это когда десерт невкусный. У нас, Тифлисов, проблемы уже давно приобрели масштабы вселенских.
— Да нет, я пока не про это. Кажется, я забыл ключ от виллы.
Он посмотрел на меня и мне ужасно понравился этот его сконфуженный вид. Я победно улыбнулась и достала из сумочки свой ключ-карту.
— Что бы ты делал без своей Дарины, Тифлисов? — снисходительно улыбнулась я и продемонстрировала ему карту прям перед глазами. — Та-дам, Вадик! Мы спасены! И все это благодаря твоей Дарине, между прочим.
На несколько секунд между нами повисла тишина, Он попытался сохранить серьезное лицо, но уголок его губ предательски дрогнул. И вот это меня окончательно возмутило. Потому что стоять ночью у фикусов, не иметь ключа от собственной виллы и при этом выглядеть обаятельно было уже почти злоупотреблением положением.
— То есть мой майор, человек, который видит камеры в кустах, тени в стенах и возможные пути отхода даже от шведского стола, забыл ключ, а Дарина, которая, по его мнению, вечно попадает в истории, предусмотрительно взяла второй экземпляр ключа и, оказывается, держит под контролем не только свою девелоперскую компанию с тысячей сотрудников? Кстати, итересно, как они там без меня. Я была без телефона уже вторые сутки и боялась, что мои обязательно за это время что-нибудь завалят.
Я перевела победный взгляд на смущенного Вадика и обнаружила, что в глазах его серых глаз пляшут такие же чертики, как и в момент моей примерки красного буркини.
Вадик посмотрел на карту, торжественно поднятую в моей руке, потом на меня и снова на карту.
— Дарина.
— Что? — спросила я.
Он повернул карту так, чтобы я увидела сторону, которую сейчас настойчиво демострировала ему. Там с обратной стороны ключа в свете фонарей блестела маленькая цифра пять.
— Дарина, — зажмурился от душившего смеха Тифлисов. — Это не наш ключ. Но вид твоего превосходства в этот момент был потрясающий. Тебе очень идет эта уверенность.
Карты лежали у входа, как две одинаковые белые рыбки обратной стороной. Одна наша. Вторая — найденная днем Вадиком. Но я почему-то была уверена, что обе от нашей виллы, потому что уверенность вообще была одним из моих ключевых качеств и не раз приводила меня к неожиданным решениям. Вот и сейчас я лишь пожала плечами и посмотрела на майора.
— Ну, может это и к добру. Второй день хочу посмотреть как устроены остальные виллы комплекса. Чисто архитектурный интерес.
— Дарина, ты что, не в себе?
— В себе, в себе. Но после шамаля бывает. Вот дама с первой тоже виллы перепутала днем. Как думаешь, пара с пятой рано ложится спать или допоздна телевизор смотрит?
Я уже развернулась и направилась к зеленой изгороди напротив фонтанчика, решив, что, возможно, это не случайно вышло, а именно так нам и следовало поступить, хотя ввиду последних сведений и информации о том, что Снеггеры жили в "Кэролл-отеле",то есть совсем по соседству, пусть и за закрытыми воротами, эти двое с пятой меня интересовали уже меньше, но все равно стоило выяснить почему они не выходят к людям и даже ужинают дома.
— Дарина, — попытался остановить меня Вадик, догоняя по дорожке — если карта от пятой виллы оказалась у нас, это не значит, что мы должны немедленно туда войти.
— А что это значит по-твоему?
— Что, возможно, нас хотят заставить туда войти. Ее ведь могли и не случайно обронить.
С этого ракурса я еще не смотрела на ситуацию, поэтому остановилась на мгновение.