— Почему вы так считаете, Гэндзо-сан? В последних докладах я не читал о том, что Пустых становится больше.
Воин пожал могучими плечами и ответил:
— Паразит, который натравливает на нас эту орду, стал терять терпение. С каждым днём он всё чаще пытается продавить тот или иной участок обороны ударами серо. Раненых среди моих подчинённых всё больше. Если бы не благодать повелителя, — он приложил руку к груди, — и не нимбы, которыми он оснастил нас совсем недавно, половина моих парней уже отправилась бы на перерождение.
Слова человека, на котором фактически держалась вся оборона, окончательно отравили и без того тяжёлую атмосферу.
Руку поднял человек, отвечавший за продовольствие во всём городе.
— Возможно, мои слова прозвучат не очень хорошо, — неуверенно начал он, — но вам не кажется, что нам стоит наконец отключить манок?
Несколько секунд все молчали, а затем заговорили практически одновременно.
Гражданские рьяно поддержали предложение. В их глазах всё выглядело достаточно просто: если перестать звать Пустых к городу, то рано или поздно их напор должен ослабнуть. Военные такой уверенности не разделяли. Манок можно было отключить, но уже стянутые к городу твари от этого никуда не денутся. Да и куда направятся следующие Пустые, лишившись привычной цели, никто из присутствующих предсказывать не брался.
Когда спор наконец выдохся, головы одна за другой повернулись к человеку, который всё это время молчал, прикрыв глаза.
И это был не глава города.
В вопросах обороны самый весомый голос принадлежал главе золотооких.
— Нет. — Он открыл пылающие ярким светом глаза и медленно обвёл присутствующих тяжёлым взглядом. — Манок не создаёт Пустых. Он тянет их к нам. Сюда, где есть защитный полог, оружие и люди, способные их убивать. Пока я жив, не позволю обречь десятки тысяч людей за пределами города на страшную смерть.
— Кхм-кхм, — продовольственник прочистил горло, вновь привлекая к себе внимание. — Гэндзо-сан, поправьте меня, если я что-то путаю, но на прошлых собраниях вы говорили о том, что какой-то сильный Пустой собирает в мире Пустых эти толпы и через гарганту отправляет их к нам. Я прав?
— Это самое логичное объяснение всему происходящему, — ответил заместитель Гэндзо, стоявший за его креслом. — Эта тварь желает истощить наши силы, а когда мы окончательно выдохнемся — предпринять решительный штурм.
— Понятно. Однако это не снимает с повестки моего предложения, — продовольственник покачал головой. — Наоборот. Если эти толпы собирают специально и отправляют прямо к нам, то отключение манка хотя бы перестанет дополнительно тянуть сюда Пустых из округи. Это даст нам больше времени.
Он ненадолго замолчал, прежде чем продолжить уже твёрже:
— И ваш тезис о том, что этим шагом мы обречём многих на смерть, на мой взгляд, несостоятелен. Если Пустые прорвутся внутрь и мы все погибнем, что будет потом? Они точно так же разбредутся по округе и начнут пировать. Только к тому моменту здесь уже не останется организованной обороны и воинов, способных их остановить.
Гэндзо оглядел собравшихся и без труда понял, что большая часть присутствующих согласна с продовольственником.
— В обычной ситуации я бы с вами согласился, — ответил он на завуалированное обвинение в недальновидности. — Однако есть несколько вопросов, которые присутствующие должны были задать себе в первую очередь.
В зале опять установилась гробовая тишина.
— Первый вопрос звучит так: что внутри полога есть такого, чего нет в округе?
Люди стали неуверенно переглядываться.
— Ну так манок притягивает Пустых, — прозвучал чей-то не слишком уверенный голос.
— Для обычных Пустых так и есть, — согласился Гэндзо. — От зова они теряют даже те невеликие остатки разума, которые у них сохранились. Но я говорю не о них. Я говорю об организаторе всего этого.
Он кивком указал на окно, за которым даже отсюда были слышны далёкие крики Пустых.
— Если наша догадка верна, эта тварь достаточно разумна, чтобы собирать Пустых в Уэко Мундо и отправлять их к нам через гарганту. На такого противника списать всё происходящее одним только действием манка уже не получится.
— Да кто же может знать, о чём эти страшилища думают? — озвучил мастеровой общую мысль.
— Почему Пустые вообще пожирают души и друг друга? — спросил Гэндзо.
Он несколько секунд ждал ответа, но, так и не дождавшись, продолжил:
— Потому что так они становятся сильнее.