— Это не ответ.
— Другого нет.
Она ненавидела, когда он возвращал ей её же фразы. Особенно если был прав.
— Хорошо. Но как только вход перестаёт держаться, возвращаешься сюда.
— Если смогу.
— Рейнар.
Он встретил её взгляд.
— Вернусь, если путь будет открыт. Если нет, сообщу.
Не обещание невозможного. Лучше.
— И не пытайся остановить три корабля лично.
— У меня нет такого плана.
— Пока нет. И надеюсь, такого плана не понадобится.
— Элара.
— Иди.
Он развернулся к выходу. Не дошёл двух шагов.
— Рейнар.
Он обернулся. Элара хотела сказать многое. Будь осторожен. Не геройствуй. Не заставляй меня ждать. Последняя фраза уже принадлежала другой жизни. Она выбрала другую:
— Не опоздай.
Рейнар посмотрел на неё чуть дольше.
— Постараюсь.
И ушёл.
Элара осталась одна в сердце Седьмого контура. Не совсем одна. На карте вокруг неё горели одиннадцать человеческих судеб, сведённых древней системой к световым точкам. Она заставила себя перестать воспринимать их как карту. Люди. Не ресурсы.
Не ключи и не потенциальные объекты для Великих Домов, флота или Совета — люди, часть которых, возможно, даже не знала о существовании категории №0. Первый пакет достиг тридцати процентов. Элара открыла архитектуру передачи. Самым очевидным решением было стереть координаты.
Система не позволила.
ДАННЫЕ СИНХРОНИЗИРОВАНЫ С СЕТЬЮ.
ЛОКАЛЬНОЕ УДАЛЕНИЕ НЕ ИЗМЕНЯЕТ ПЕРВИЧНЫЙ СЛОЙ.Конечно. Карта не лежала в одном архиве. Она существовала как отношения между узлами. Можно уничтожить экран. Можно разбить терминал. Можно стереть локальную копию. Но пока сеть знала, какая сигнатура относится к какому узлу, информация оставалась.
Элара прошла глубже в структуру. Она думала как навигатор. Не «где лежат данные». «Как они туда добираются». Любой маршрут существует только потому, что система умеет определить начало, конец и правила перехода между ними. Убери одну точку — построит обход.
Убери две — другой обход. Но если изменить сам принцип определения назначения… Элара остановилась.
— Вот ты где.