— Вы друг друга заслуживаете.
— Никогда не говори это Кайрену.
— Теперь обязательно скажу.
Р-7 существовал. Они обнаружили его через двадцать семь минут после выхода с Н-4. Без координат Лиана Элара прошла бы мимо.
Объект почти не отражал стандартные сигналы и выглядел как часть старого скопления обломков. Небольшое кольцо вокруг центрального блока, две сломанные антенны и ни одного внешнего огня. На современных картах — пустота. На древней схеме — Седьмой контур.
Элара вела челнок вручную. Рейнар сидел рядом и не вмешивался, пока расстояние не сократилось до пятисот метров.
— Слишком тихо.
— Ты жаловался, когда Керрен открывал двери сам.
— Теперь жалуюсь, что не открывает.
— Последовательность характера. В этом вы стабильны.
— Спасибо.
Элара передала семь импульсов. Первые шесть не дали никакого результата. После седьмого объект ожил. Не полностью. По кольцу прошла тонкая световая линия. Терминал вывел сообщение:
ХАРТИЯ ПРИНЯТА.
КОНТУР 07 ДОСТУПЕН.Следующая строка появилась сама.
НОСИТЕЛЬ ОБНАРУЖЕН.
Элара сжала пальцы на управлении.
— Опять.
Он повернулся к Эларе.
— Ты можешь развернуться.
— Знаю. И потому могу выбрать идти дальше.
Возможно, поэтому она продолжила: выход был, и выбор принадлежал ей.
— Стыкуемся.
Рейнар кивнул. Никаких возражений. Внутренний порт открылся. Элара не ощутила, что система затягивает корабль или корректирует траекторию. Седьмой контур позволил ей самой закончить манёвр. Это почему-то тревожило больше.
Внутри ретранслятор оказался почти пустым: не заброшенным, а будто изначально не предназначенным для постоянного присутствия людей. Узкие технические проходы, два сервисных помещения, центральный зал связи — ни жилых секторов, ни охраны, ни даже обычной навигационной разметки.
Элара первой вошла в центральный зал. Здесь было холоднее, чем в переходах. Воздух пах озоном и старой изоляцией, хотя ни один вентилятор не работал достаточно громко, чтобы объяснить этот запах. На стенах располагались семь одинаковых панелей.
Шесть оставались тёмными. Седьмая светилась. Рейнар встал у входа.
— Название перестало быть метафорой.
— Уже достижение.