Самый живучий шиноби: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Раньше меня воротило от литров крови и жестокости этого мира. До дрожи пугало отнять жизнь. А теперь? Во время боя я поймал себя на диком, пьянящем желании драться снова. Меня будоражит, что я смогу испытать его вновь. В какой момент жажда крови успела стать частью меня?

Неужели это тело так влияет? Шиноби ведь определяют его тело и душа — они создают единое целое. Неужели физиология Наруто и стала причиной этих изменений, переплавляет меня изнутри? Если у меня тело Наруто, остаюсь ли я до сих пор Игорем? Или моя личность стирается, сливаясь с чужим опытом?

Я стал закипать от любой мелочи и остывал так же мгновенно. Вместо умных схем порой хотелось просто наорать на всех или пойти напролом. В руках поселилась нервная чесотка — усидеть на месте стало пыткой. А вишенкой на этом торте сидело дурацкое «даттебаё!», которое вылетало изо рта само собой.

Я сжал челюсти и мотнул головой, прогоняя панику. Нет. Я — Игорь. В этом сомневаться нельзя.

Настоящий Наруто боготворил бы любой рамэн, а я знаю, что дешевый рамен — это помои. Наруто пускал слюни на Сакуру, а мне малолетка по барабану. Я Игорь. Просто... окружающая среда дала о себе знать.

И это... нормально? Дети, вырастая, не становятся чужими людьми. Они же просто накапливают больше опыта. Адаптируются. Вот и я приспосабливаюсь к этому миру.

Полегчало самую малость, хотя паника продолжала царапать изнутри.

Медитацию прервал шорох. На крыльцо шагнул Какаши и пристроился рядом, любуясь закатом.

— Ну давай, рассказывай, — непринужденно бросил он, глядя на темнеющий горизонт. — Что там было в лесу на самом деле?

Глава 18

Вопрос Какаши заставил меня замяться. Стоит ли раскалываться перед наставником? Или утаить? Но, взвесив все за и против, решил, что скрывать бессмысленно. Во-первых, Какаши — опытный джонин, совет которого лишним не будет. А во-вторых, если убийца решит повторить попытку, пусть сначала померяется силами с Какаши. Мне-то умирать во второй раз совсем не улыбается.

И я выложил всё. Без прикрас и лишней скромности. Рассказал про ледяной купол, решимость Хаку, то, с каким аппетитом жрал топь через трубку. Как прощался с жизнью и как демон меня спас.

Выслушав мою исповедь, Какаши задумчиво прикоснулся к подбородку:

— Не удивительно. Когда тело на грани гибели, печать начинает терять силу. Тебе удалось выжить только потому, что ярость биджу не овладела тобой. Ты сумел удержать рассудок, и влияние демона было подавлено. Послушай, Наруто, эта «помощь» имеет слишком высокую цену, и в следующий раз твоей воли может просто не хватить. Не забывай об этом.

Сенсей выдержал паузу, всматриваясь в мое лицо. Его голос стал тише:

— Что же касается боя, ты поступил мудро. Использование теневых клонов... признаться, я еще не видел, чтобы кто-то применял их настолько тактически грамотно. Ты первый.

Пальцы судорожно впились в доски причала. Я чувствовал себя так, будто с меня сорвали всю одежду и оставили голым. Стало слишком свежо.

— Я вижу, тебя беспокоит не только враг. Я прав? Что с тобой, Наруто? Рассказывай.

Я тяжело вздохнул. Бороться с проницательностью наставника было сложно.

— Никак не могу отойти, — честно признался я, сдаваясь под этим взглядом. — Умом-то я понимаю: Хаку далеко, Гато мертв. Но тело живет своей жизнью. Кажется, что из любой лужи сейчас вылетит сенбон.

— Знакомо, — спокойно отозвался Какаши. — Твое тело впервые столкнулось со смертью и теперь отказывается расслабляться. И это может сыграть злую шутку. Если разум будет долго натянутым до предела, твоя психика рухнет. Учись переключаться. Думай о хорошем.

— О хорошем? — переспросил я.

Хе-хе. О каком хорошем? Представить, как я ухожу на военную пенсию, или вспомнить, что у меня в животе сидит чудище? Что за бред? Конкретики бы, сенсей.

— Именно. Цепляйся за любые приятные мелочи. Вкусный ужин, чужой смех, тепло солнца. Это возвращает в реальность, уменьшает стресс. Если позволишь негативу пожирать тебя, ты сломаешься, Наруто.

Звучало как фразочки из дешевых цитатников. Ну давай, попробую, что ли. Ладонь машинально коснулась груди. Как классно, дырки от куная больше нет. Я теперь не шашлык на шампуре. Ура-а-а!

Легче от этого ни черта не стало. Методика сенсея с поиском «приятных мелочей» провалилась — никакие вкусные лепешки не могли перебить страх перед будущей встречей с масочником.

— Понял, сенсей, — выдавил я пришибленно.

— Вот и отлично, — Какаши отвернулся к темному морю. — А по возвращении домой сразу дуй в госпиталь. К ирьёнинам.

— К коноховским врачам? Да вы шутите! Они же припомнят мне абсолютно всё. Особенно тот розыгрыш, когда я сбежал из палаты до выписки, а вместо себя оставил бревно с табличкой «Образцовый пациент».

За маской Какаши послышался смех.