Экипажи двинулись к месту пикника, которым оказался небольшой парк на окраине города. Он действительно как нельзя лучше подходил для размеренного отдыха. Здесь уже не было так шумно и суетливо, как в центре Парвена. Деревья и дорожки отделяли друг от друга ровные стриженые полянки, на которых было удобно расположиться вдали от чужих глаз, да и отдыхающих здесь было не так много, как в центральном парке города.
Всю дорогу я общалась с тётушкой Клотти. Амалия тоже что-то щебетала невпопад: то про балы в столице, то про лучшие рестораны. Было сложно понять, что ответить на ту или иную её реплику, поэтому в салоне экипажа временами наступала неловкая тишина.
Карета остановилась в конечной точке, и я сделала шаг на выход, но меня остановила тётушка Клотти:
— Нет-нет, дорогая! Дождёмся наших мужчин. Пусть поухаживают, исполнят свой священный долг.
— Я только выгляну, — улыбнулась, двигаясь ближе к выходу.
Лучше б не выглядывала. К экипажу чуть ли не наперегонки направлялся мой муж и… новоявленный кузен. И оба смотрели на меня решительно и как-то недобро…
— Кузина, — воскликнул Мэйсон пытаясь одновременно изобразить на лице восторг от встречи и не упустить глазами соперника.
— Эми, — вторил ему мой супруг.
Майлз в этой странной гонке явно лидировал, но почти у финиша его окликнул дед Уолтер. Проигнорировать не получилось, поэтому, кинув на Мэйсона тяжёлый взгляд, Майлз поспешил на помощь старику. Я решила всё же выскочить навстречу, но споткнулась о подножку и, неловко взмахнув руками, чуть не улетела вниз.
Не упала. Была бережно подхвачена заботливыми руками… кузена. Мэйсон смотрел на меня так, будто на празднике урожая урвал приз за самую большую тыкву во всей империи. Триумф только что из ушей не лез. Я неловко забарахталась в его объятиях пытаясь освободиться, но он держал крепко, то и дело оглядываясь в сторону Майлза.
— Дорогая кузина, — снова повторил он. — Я успел ужасно по тебе соскучиться. Ты думала по мне?
— Думала, — улыбнулась я. — Надеялась ты проявишь благоразумие и не станешь продолжать этот спектакль. — попыталась расцепить сильные пальцы. — Отпусти немедленно, дорогой кузен, ты достаточно помог. Спасибо.
— Ты даже не знаешь, каким я могу быть упёртым, когда дело касается любимой женщины, — шепнул Мэйсон, отказавшись ставить меня на землю. — Ты такая пушинка Эми, а руки-то всё помнят…
Договорить наглец не успел, Майлз подошёл к нам и я, наконец, почувствовала почву под ногами.
— Эмилия, — обратился ко мне муж, но глаза его смотрели исключительно на Мэйсона.
— Майлз! — счастливо воскликнула Амалия, выскочив из экипажа. — Как тут красиво! Какая чудесная идея!
Клянусь, если бы я умела проклинать, то уже наслала бы на восторженную милашку дождь из лягушек. Ничего личного, но как же бесит! Правда, подпрыгнувшая вверх бровь Майлза ясно говорила мне о том, что пора бы снять белый плащ и не позволять всяким там кузенам распускать руки.
— Помоги нашей дорогой подруге, любимый, — как можно беспечнее откликнулась я. — И… давайте искать место для пикника. Я такая голодная!
Мэйсона быстро взяла в оборот тётушка, а я поспешила на поиски свободной полянки. Такая нашлась у небольшого круглого озерца. Живописная и солнечная, она была заботливо снабжена вместительным столом и двумя длинными скамьями, расположенными под большим раскидистым деревом. Мы быстро расстелили скатерть и разложили еду, и я в очередной раз поймала себя на мысли, что если по кому из семейства Эрроу и буду скучать, так это по тётушке Клотти. Она каким-то волшебным образом несла в своих корзинках магию уюта и семейного тепла, от которого согревалось даже самое заледенелое сердце.
— Отличное место для отдыха, — дед Уолтер шумно вдохнул воздух носом.
— Эмилия, здесь можно рыбачить? — обратился ко мне суним Флавиньи. — Люблю, знаете ли, на природе час-другой предаться чисто мужской забаве.
— Час-другой… Ты больше десяти минут без болтовни не выдерживаешь, — усмехнулся Эрроу-старший.
— Просто, когда я бываю с вами, стараюсь решить как можно больше вопросов, — обиженно фыркнул Флавиньи. — А вот у родни, в глуши, в деревне…
— Болтать не с кем, — засмеялся Мэйсон и, на удивление, дед Майлза поддержал его шутку хриплым хохотом.
— И всё же, сынок, — обратился он к Мэйсону. — Ноги молодые. Сходи в сторожку, разузнай, можно ли почтенным сунимам порыбачить и что для этого нужно.
На этих словах дед Майлза сделал пальцами жест, означающий оплату за услугу. Расплывшись в довольной улыбке Мэйсон умчался организовывать развлечение, я же продолжила помогать тётушке Клотти, стараясь не поднимать глаз на мужа и не обращать внимания на то, что его вовсю развлекает разговорами «подруга детства». И всё же, не получалось… Моё лицо перекашивало всё сильнее с каждым её «а помнишь».
— Не пыхти, детка, — улыбнулась тётушка, продолжая как ни в чём не бывало нарезать хлеб. — Амалия лисица, конечно. С детства хвостиком за Майлзом бегала, да ему-то дела нет. А завтра уедет к родне, и снова заживёте душа в душу.
— Даже не думала переживать! — вспыхнула я.
— Слишком громко думала, — засмеялась тётушка. — Ну да это и хорошо, и понятно…
Обед оказался настолько сытным, что разморил абсолютно всех. Суним Флавиньи и Эрроу старший, расположившиеся на берегу озера с удочками, вместо рыбалки клевали носами. Тётушка Клотти дремала под тенью дерева. Даже Майлз с Мэйсоном мирно сосуществовали в одном пространстве. Расположившись на небольших походных стульчиках, мы вчетвером лениво обозревали округу. Пока Амалии не пришла в голову очередная гениальная мысль…