Она кивнула, принимая информацию. А потом шагнула ближе. Ближе, чем нужно для разговора. Её пальцы осторожно коснулись моей щеки, где ещё красовался свежий синяк, потом спустились к разбитой губе, прошлись по сломанной руке, замотанной в шины.
— Урод, — выдохнула она, и я не сразу понял, что она имеет в виду Шейна. — Надеюсь, его там хорошо пожевали.
— Пожевали, — усмехнулся я. — Марк постарался.
Она посмотрела мне в глаза. Взгляд у неё был такой...
— Ты не беспокойся, Айзек, я обо всём позабочусь... И о тебе тоже... Как не смогли другие.
Она бросила взгляд мне за плечо. Я обернулся.
Лори стояла в отдалении, смотрела на нас, потом резко опустила голову и ушла куда-то в сторону складов.
Я вздохнул. Только ревности тут не хватало.
— Ладно, — сказал я, отворачиваясь. — Работаем.
Лили кивнула и ушла организовывать людей.
Я огляделся. Народ уже выгружал спальники, ставил их в углу под навесом. Марк с явным удовольствием пользовался модулем — поднял целый ящик с продуктами и аккуратно опустил его у входа в один из ангаров. Кажется, он по достоинству оценил подарок.
Я направился к ближайшему складу. Военные уже прочёсывали территорию — оттуда доносились одиночные выстрелы. Зайдя внутрь, увидел, как Нейт и тот военный, которого мы вытащили из дома, выволакивают за ноги ходячего с простреленной головой. Мёртвый, но свежий — видимо, недавно обратился.
Склад был обширный. Высокие полки, металлические стеллажи, коробки. Всё это можно будет пустить на баррикады или сделать из них вышки для часовых — если скрепить и укрепить как следует.
Всего здесь было четыре больших складских ангара, огромная парковка и ограда по периметру. Плюс отдельное двухэтажное здание — видимо, офис той конторы, что владела складом.
Я постоял минуту, оценивая, потом кивнул полковнику Харрису:
— Пошли, глянем, что там.
Мы вышли на улицу прошлись немного и подошли к офисной двери. Я по привычке толкнул её ногой — рука всё ещё не позволяла нормально двигаться.
Изнутри донеслось шебуршание и приглушённый хрип.
Я отступил на шаг, давая знак. Харрис переглянулся с одним из своих бойцов, тот кивнул. Они встали по бокам от двери, полковник резко распахнул её, и боец всадил пулю в голову ходячему, который тут же вывалился наружу.
— Чисто, — сказал Харрис, заглядывая внутрь.
Я кивнул и шагнул за порог. Офис как офис — столы, стулья, пара шкафов. Можно будет разместить штаб или лазарет. Главное — чтобы ходячих больше не было.
Мы начали планомерный обыск офиса, я не удержавшись задал полковнику вопрос, который меня мучил уже давно.
— Слушай, Харрис, — я остановился у окна, глядя на суету снаружи. — А почему вы не пользуетесь глушителями? В армии же их должно быть навалом.
Харрис посмотрел на меня и усмехнулся, горько так, без веселья.
— Глушители, говоришь, — он покачал головой. — Когда начался весь этот пиздец, было вообще не до глушителей. Сначала мы думали, что это временно. Ну, знаешь, пара недель, месяц, и всё устаканится. А когда поняли, что эти твари лезут на звук, как мухи на говно, — было уже поздно.
— В смысле?
— В прямом. Привезти глушители было банально некому. Связь с миром рухнула, поставки прекратились, магазины разграбили. Я, конечно, организовал поиски. Послал людей на в оружейные магазины, на склады, куда только можно. Думал, может, хоть что-то осталось... Два отряда не вернулись вообще. Просто пропали, ни людей, ни машин, ничего. А те, что вернулись... принесли два жалких глушителя. Два, Айзек! На целый форт. И те, естественно, в форте и остались, когда мы оттуда драпали.
Я кивнул, переваривая информацию.
— Понятно...
Мы вышли из офиса, и Харрис довольно похлопывал себя по карману, где лежала пачка дорогих сигар, взятая со стола в отдельном кабинете.