В кладовке повисла тишина.
— Это кто вообще? — выдохнул Винс.
Гленн только покачал головой. Он не знал. Но что-то в этом человеке заставило мурашки бегают по телу.
Когда через несколько минут дверь кладовки открылась снова, на пороге стояла та самая женщина с оружием. Она оглядела троих мужчин и задержала взгляд на Гленне.
— Выходите, — коротко бросила она. — Дом чист.
Гленн поднялся, шагнул к двери, и вдруг замер.
— Лили? — выдохнул он.
Она подняла голову, всмотрелась в его лицо, и на мгновение в её глазах мелькнуло что-то... Радость.
— Гленн? — голос её дрогнул. — Твою мать... Гленн?!
И в этом коротком "твою мать" было столько всего: и неверие, и облегчение, и память о тех давних днях в аптеке, когда мир ещё не рухнул окончательно.
— Ты жива, — Гленн шагнул к ней. — Ты реально жива.
— А ты как будто не рад, — усмехнулась Лили, но усмешка вышла кривой.
— Рад, — он вдруг улыбнулся. — Очень рад.
Сзади кашлянул Винс.
— Вы чё, знакомы, что ли?
— Ага, — Гленн перевел на него взгляд, и лицо его снова стало собранным. — Потом всё расскажу. Сейчас надо остальных собрать.
Она развернулась и пошла к выходу, увлекая за собой спасённых.
А Гленн шёл за ней и думал о том, что мир, оказывается, всё ещё умеет преподносить сюрпризы. Иногда — даже хорошие.
Они выходили из дома по одному, щурясь на свет, который казался неестественно ярким после полумрака комнат. Воздух пах гарью, кровью и той особенной свежестью, которая бывает только когда переживёшь кошмар.
Первым вышел Гленн. Он остановился на крыльце, вдохнул полной грудью и вдруг почувствовал, как дрожат колени. Адреналин отступал, оставляя после себя только выматывающую, тягучую усталость.
Следом показался Дейл. Старик опирался на Гленна, но держался с достоинством, не позволяя себе раскисать. За ним, тяжело дыша, тащился Винс, всё ещё сжимающий в руке свою трубу, будто боялся, что она понадобится снова.
А потом начали выходить остальные.
Кэрол вела Софию, прижимая дочь к себе так крепко, будто боялась, что та растворится в воздухе. Девочка шла, опустив голову, и мелко вздрагивала. Женщина с перевязанными руками — Сара — плелась позади всех, глядя перед собой потерянным взглядом. На её лице застыло выражение, которое Дейл видел уже: так смотрят люди, которые знают, что умрут, но ещё не знают когда.
Эд Пелтье вышел последним. Он оглянулся на дом, из которого они только что выбрались, и вдруг, не сдержавшись, плюнул в сторону крыльца.
— Сгори оно всё огнём, — пробормотал он.
Никто не ответил.
***
Айзек стоял чуть поодаль, опираясь на капот пикапа. Его резак был опущен, но не убран — пальцы всё ещё лежали на спусковом крючке. Лили и Марк рассредоточились по периметру, контролируя подходы. Теодор маячил у входа в дом, пропуская выживших и пересчитывая их по головам.
— Ну мы спасли семерых! Только там вот есть девушка с царапинами...
— Вижу, — коротко сказал Айзек. — На складе поместим в карантин. Если повезёт — сама решит. Если не повезёт... — он не договорил.