– А что ты… – Тима не успел спросить. Что-то больно ударило его по затылку. Мальчик ойкнул и развернулся. В его лицо тут же впился недовольный взгляд Фи.
– Долго я буду вас звать?! – прошипела она. – Прямо как дети! Причем тут Пожеланники, когда катастрофа на носу?!
– Как дети, – обиженно передразнил девочку Тима. – Можно подумать, ты уже древняя старушка тут у нас!
– Может, и не древняя, но поумнее вас! – тут же вскинулась она и даже подскочила на месте. Но сидящий рядом Рахи мягко ухватил её за локти и потянул вниз.
– Мы хотели передать вам сообщение, – важно произнёс он, словно доставлял послание от короля. – После уроков собираемся в библиотеке. Нужно выяснить как можно больше об этом Кагудуке.
– Кракатуке, – хором поправили его Тима и Фи.
– Но почему в библиотеку? – пискнул Патрик и весь как-то сжался, словно сдутый воздушный шарик. И Тима мог его понять. Старая гаргулья, сторожащая библиотеку, терпеть не могла должников. А они с Патриком задержали книги уже на два дня…
– Не в школьную библиотеку, – нетерпеливо махнула Фи, – а в городскую. В школьную мне пока тоже лучше не заходить… – она поморщилась, вероятно представляя злобное лицо гаргульи.
– Городскую? – удивлённо повторил Патрик. – А она существует?
Фи демонстративно закатила глаза, да так сильно, что мальчику показалось, что они, не приведи монстры, уползут ей на затылок.
– Вы хоть что-нибудь слушаете на уроках или только о подарках болтаете? – фыркнула она.
Патрик и Тима оскорблённо нахмурились. Конечно же, они слушают. Вот только…
– А где она находится? – спросил мальчик.
Фи устрашающе вытаращила глаза и неодобрительно покачала головой, ничего не ответив. Тима и Патрик обменялись удивлёнными взглядами и пожали плечами. Что ж, когда подруга в таком настроении, из неё и слова не вытянешь.
Усыпляющий голос сирены плыл над классом, и даже она сама начала прикрывать глаза и широко зевать. Дети мирно подрёмывали на своих местах, и только Тима, на которого не действовала магия городка из-за его человеческой сущности, не поддавался сонным чарам. Он с любопытством вслушивался в историю о подвигах одинокого рыцаря и вновь и вновь представлял себя с золотым орехом в руках. Вот он стоит перед всем классом, и Кракатук ослепительно сияет в его ладонях. А он… он…
Звонкий перелив колокольчика выдернул Тиму из мечтаний и разбудил класс. Кто-то свалился на пол, кто-то испуганно вскрикнул, подскакивая на месте, и даже сирена вздрогнула, словно и впрямь успела уснуть.
Вокруг зашуршала и загалдела толпа, спешащая покинуть школу и спрятаться от зорких глаз учителей на уже темнеющих улицах.
И только друзья неторопливо собирали свои вещи и поджидали мерзкую четвёрку. Заметив их настойчивые взгляды, Лео важно подошёл к ним.
– Ну? Что-то придумали? – с ленцой протянул он.
– В отличие от тебя – да! – тут же вскинулась Фи. – Надо поискать информацию об орехе. Поэтому все мы сейчас идём в городскую библиотеку!
Лица Шэри, Карла и Рика побледнели и вытянулись, будто одно только упоминание библиотеки вселяло в них леденящий ужас. И друзьям стоило большого труда уговорить их отправиться в это монстрами забытое место.
Глава 3. Общество книжных скелетов
Зимнее солнце опускалось за горизонт. Часть неба затянула тёмная чернильная поволока, а на краешке у самого горизонта ещё алели последние закатные лучи. Маленький красный трамвайчик медленно катил по городу, стуча колёсами по обледенелым рельсам и позвякивая колокольчиком.
Мест в тёплом и даже душноватом вагоне не было, и ребятам пришлось сгрудиться у входных золочёных ступенек, едва не вжимаясь друг в друга. Мимо проплывали заснеженные улочки и застывшие в белой глазури домики. Тут и там над крышами зажигались разноцветные огоньки, озарялись тёплым и мягким светом маленькие окошки и даже стены зданий. Кое-где уже начали мелькать наряженные к празднику ёлки. А во время коротких остановок с улиц долетали обрывки разговоров и весёлая музыка.
– Что, все уже Пожеланники написали?
– Эй, почему имбирные пряники так подорожали?!
– Подарочная бумага! Подарочная бумага! Шуршащая, блестящая, поющая и ползущая! Упаковка на любой вкус и цвет!
громко пропел кто-то, и несколько голосов тут же возмущённо вскрикнули: