Его старший кузен-вампир должен был проводить его из школы до дома, но сначала мальчик заявил, что ему нужно в библиотеку, потом в магазин, а потом и в мастерскую игрушек. Кузен хмурился, но продолжал следовать за Тимой. И вот, когда они оказались в наполненной светом и галдящей толпой лавке, мальчик ловко проскользнул мимо рук, ног и щупалец и выскочил на улицу. На мгновение он обернулся, посмотрел сквозь витрину и хмыкнул. Его кузен беспомощно крутил головой в поисках своего нерадивого братца. Но толпа была такой плотной и шумной, что ему никак не удавалось разглядеть маленького человечка. Тима рванул прочь.
Он бежал как никогда быстро мимо украшенных магазинов, поющих призраков и нарядных прохожих. Всё дальше и дальше к северной окраине города, где на заснеженном холме возвышался дом Санты. Тима примчался одним из последних, и лишь Патрик, тяжело дыша, вынырнул из тени за его спиной.
– Ну и капуши, – не преминул посмеяться Лео, но мальчику было не до его глупых шуток. Он глядел на дом Санты во все глаза, словно бы получил на Новый год самый большой подарок.
В отличие от небольшой лавчонки, где принимали Пожеланники и раздавали подарки, дом Санты был куда более загадочным местом. Едва только наступала весна, дом словно растворялся в воздухе, а в первые числа декабря снова оказывался на прежнем месте. Куда и почему пропадает жилище волшебника, никто не знал, а Санта хранил этот секрет уже много столетий. Лавка, в которой трудились его эльфы, весь год стояла закрытой и пустой с тёмными угрюмыми окнами, но она хотя бы никуда не пропадала. Каждое лето группка детей обязательно заглядывала в её замочную скважину, надеясь заприметить хотя бы один потерянный с Нового года подарочек. Но увы, это ни разу не увенчалось успехом.
Но дом… настоящий дом Санты! Ещё никто и никогда не бывал в этих волшебных залах. Новость о праздничном бале в этом году пронеслась по городу снежным вихрем, но сейчас у Тимы и его друзей появилась возможность оказаться внутри самыми первыми. Возможно, конечно, за это они получат новое наказание… но что не сделаешь ради благополучия всего мира!
Тима заворожённо оглядел дом. Причудливое здание напоминало сложенную малышом игрушку. Стены первого этажа горели ярко-красным цветом, словно шуба самого волшебника. Второй этаж зеленел, как самая пушистая ёлка. Белая крыша была такой необычной формы, что напоминала подтаявший сугроб, который вот-вот плюхнется на землю. Слева закручивалась бело-красная спираль, которая соединялась с чердаком, и Тима никак не мог избавиться от ощущения, что это гигантский леденец прилип к стене. С другой же стороны к чердаку тянулась ледяная лестница, вот только ступени её были то маленькие, то высокие, то прямые, то сдвинутые в сторону. Мальчик не представлял, как по такой лестнице можно хоть куда-нибудь забраться.
Весь дом казался каким-то скособоченным, одна сторона возвышалась над другой, крыша выглядела тяжёлой, словно тянула всё здание вниз. Окошки выглядывали тут и там в совершенно безобразном порядке и были непохожи одно на другое. Квадратное, круглое, ледяное, вылепленное из снега и даже сделанное из леденцов и шоколадных монеток.
– Моя сестра собирает кубики намного лучше, – хмыкнул Рик, и его голос вдруг эхом прокатился по округе. Он испуганно зажал рот и круглыми глазами посмотрел на ребят. Те только пожали плечами.
– Надо идти тише, – шепнул Лео, но его голос прозвучал ещё громче, так что уши пришлось зажать. Все в ужасе поглядели друг на друга.
– ИЛИ ГРОМЧЕ! – постаралась крикнуть Фи, но её голос словно увяз в снегу, Тима едва смог расслышать хоть слово.
– А если буду говорить я? – предложил он, и… ничего не изменилось. Его голос звучал как обычно. Мальчик довольно улыбнулся. – На меня не действует магия, так что молчите, а я буду говорить.
Лео тут же сердито фыркнул и сложил руки на груди, а Патрик замахал руками, как птица.
– Что это ты делаешь? – спросил Тима. – Ничего не понимаю. Не размахивай так руками, ты чуть Рахи не сшиб. Что-что?
Патрик весь покраснел от стараний и зашептал одними губами. Тиму прошиб холодный пот. «Кто-то смотрит в окно» – вот что разобрал он. Мальчик тут же обернулся на дом и заметил, как маленькая тень рванула от окна прочь.
– Нас заметили, – объявил он, и Шэри испуганно икнул. Все недовольно покосились на оборотня, и мальчик продолжил: – Он… оно убежало внутрь. Мы не можем отступать. Надо войти в дом.
Он уверенно двинулся вперёд и остановился на пороге. Полукруглая дверь странно дрогнула, словно была живой, но тут же застыла, так что Тима уже не знал, показалось ему или это было на самом деле. Друзья обступили его с двух сторон, и мальчик потянул за ручку. Отчего-то никому из них не пришло в голову просто постучать, но было уже поздно. В лицо им ударил тёплый порыв ветра, и ребята шагнули внутрь.
В прихожей было темно, приятный смолистый запах обволакивал всё вокруг. Шэри громко потянул носом.
– Кажется, пахнет ёлками.
И едва он произнёс эти слова, как входная дверь захлопнулась, а над головами дружной вереницей загорелись маленькие лампочки. Пум-пум-пум-пум-пум – быстро включались они одна за другой, озаряя просторную комнату и… стеклянный потолок. Тима застыл на месте, круглыми глазами глядя наверх. Там, за плотным стеклом, разливалось по небу северное сияние. Фиолетовые, зелёные и синие ленты сплетались, извивались и растягивались по бархатистой черноте. Их чарующий свет падал сквозь потолок и проливался мягким тёплым мерцанием на бесконечные ряды пушистых ёлок. Все они были гигантскими, разлапистыми и пахли как сам Новый год.
– Сколько же их тут! – ахнул Карл. – На весь город хватит!
– Или даже на весь мир! – подхватил Рик.
Еловый сад тянулся во все стороны, и ничего, кроме пушистых зелёных ветвей, рассмотреть было невозможно.
– А вам не кажется, что эта комната большевата для такого домика? – хмыкнула Фи.
– Это магия Санты. Здесь возможно всё, – торжественным тоном ответил Рахи и двинулся вперёд.
Ребята последовали за ним. Они всё шли и шли между ёлками, заглядывая под ветки и боясь, что какой-нибудь страж вдруг выскочит из-под них. Но было тихо. Стеклянная зала всё не заканчивалась, и Тима уже начал подумывать, что они ходят по кругу. Как вдруг Патрик остановился.
– Смотрите, – шепнул он, – тут дерево странное.
Все повернулись к клоуну. Он стоял возле ёлки, задумчиво разглядывая ствол. Ветви дерева отчего-то росли здесь только с одной стороны, а на тёмной коре виднелось круглое углубление. Ребята подошли ближе.
– Это потайная дверь! – восхищённо крикнул Рахи. – Такие часто делали в гробницах мумий. Только не в дереве, а в камне. Разойдитесь, – он деловито встряхнул руками, и ребята поспешно отступили. Рахи покрутил пальцами, пробормотал что-то зловещее на мумийском языке, а потом в недоумении посмотрел на дерево. – Оно должно было открыться. Я хорошо помню заклинание!
– Ну-ка, отойди, – Фи легонько отпихнула Рахи в сторону и схватилась за край углубления. А потом… просто потянула на себя, как настоящую дверь! Раздался протяжный скрип, и из ствола вырвался наружу слепящий свет. Фея глянула внутрь и хмыкнула. – Там ещё одна комната. Пошли!
Неуверенно переглянувшись, ребята пробрались сквозь волшебное дерево. Очень странное ощущение. Когда Тима оказался внутри, то посмотрел вверх и увидел, как ствол тянется к потолку, словно пустая труба, и смыкается на конце острым треугольником. Интересно, это и правда дерево или только иллюзия?