Но мальчик пропустил её слова мимо ушей. Топот в лесу усилился, так что им пришлось поторопиться. Остановившись у широкой дубовой двери, Тима и Лео переглянулись. Тень сомнения мелькнула на их лицах.
– Давай, – уверенно произнёс мальчик, и вампир достал свой волшебный ключик.
Дзынь. В замке мягко звякнуло, и дверь тихо приоткрылась, словно приглашая их внутрь.
– Смотри-ка, сработало, – удивился Лео. – А я-то уже подумал, что это бесполезная игрушка.
– Вообще-то дверь была открыта, идиот, – прошипела Фи.
Вампир слегка покраснел. Насколько это бывает у вампиров. А Тима дрожащими от волнения руками потянул дверь на себя, и друзья быстро скользнули внутрь.
Первым, что они увидели, была темнота. Лишь несколько тусклых подтаявших свечей разгоняли мрак. Комната была высокой и широкой, здесь вполне мог бы уместиться весь их класс. С одной стороны от входа, далеко под потолком, висело нечто мятое и бесформенное. То ли призрак, то ли шуба, то ли какое-то лохматое домашнее чудище. Но оно не двигалось, и Тима облегчённо выдохнул. У порога стоял резной шкафчик. Любопытный Шэри тихонько потянул на себя его дверцу, та скрипнула, и все тут же недовольно зашикали на оборотня. Тот съёжился, но всё равно заглянул внутрь.
– Тут зонтики, – шепнул он, – громадные!
Его глаза в полутьме восторженно блеснули. С улицы в этот момент снова послышалась тяжёлая поступь и тихое рычание. Дети испуганно переглянулись и прижались к двери, надеясь удержать её, если преследователь захочет пробраться внутрь. Вот только Тима сильно сомневался, что им бы это удалось.
С той стороны двери скрипнул снег. Близко. Совсем рядом. Кто-то принюхался. Тима так и видел, как быстро двигается нос чудовищного стража и как его маленькие красные глазки обыскивают улицу в поисках чужаков. Сердце его бешено колотилось. Но снег снова заскрипел, и шаги стали удаляться.
– Кажется, пронесло, – выдохнул Патрик и стёр из-под шапки горячий пот.
– Давайте побудем здесь, – чуть дрожа, предложил Рик. – Вдруг эта штука там ещё ходит.
Никто не стал возражать. Прошла от силы пара минут, как страх начал улетучиваться, и ребята принялись оглядывать комнату с бо́льшим интересом. Тима первым прошёл вперёд. Глаза уже привыкли к темноте, и он разглядел огромные квадраты портретов, висящих на стене по левую руку. С одной картины глядел маленький пушистый комок, в центре которого блестели две чёрные пуговицы.
– Что это за существо? – прошептал Рахи, в ужасе разглядывая картину.
– Это младенец, – фыркнула Фи и возвела глаза к потолку. – Превеликие монстры, с кем приходится иметь дело! – И деловито пошла дальше.
Тима и Рахи переглянулись, потом снова посмотрели на картину. Склонили голову так и эдак, но, кроме комка шерсти, так ничего и не разглядели. Друзья пожали плечами и двинулись дальше.
Со следующего портрета на них глядело круглое улыбчивое лицо. Вокруг него густилась белая шерсть, а на голове возвышался кривой розовый бантик. Маленькая йети широко улыбалась, демонстрируя ряд ровных и острых зубов.
– Ну и страшилище! – хихикнул Карл и тут же заработал болезненный толчок от Фи.
– Это ты страшилище! А она очень даже миленькая. Просто йети на нас совсем не похожи. Кто же виноват, что у них так много шерсти? И вообще, я видела, как старшие делают из шерсти очень модные причёски!
Тима благоразумно решил ничего не говорить и прошёл к следующему портрету.
– О, а этого я знаю! – воскликнул Патрик, и ему ответило дружное и грозное шипение. Он испуганно зажал рот ладошками и прошептал: – Это Белоклык из пятого класса. Он лучший по физкультуре!
– Подумаешь! – тут же фыркнул Лео и с над-менным видом прошёл мимо. Тима же задержался. Белоклык был крепким и мохнатым. На портрете были видны его широкие плечи и мускулистые руки, и мальчик решил, что с этим йети лучше не связываться.
Минуты шли, и ребята шли вместе с ними. Всё глубже в темноту комнаты, всё дальше от входной двери. Картины на стенах становились всё шире и длиннее. У десятого портрета Тиме пришлось задрать голову, чтобы с трудом разглядеть под потолком серьёзные лица самых старых йети.
– А там что? – шепнул Рахи, указывая на тёмную дверь.
– Ничего важного, – зашипела фея. – Нам надо повернуть назад! Мы и так здесь ходим уже слишком долго! Вдруг хозяева…
Но никто её уже не слушал. Тима уверенно подошёл к двери и дёрнул её за ручку. В первый миг он ничего не понял и только почувствовал запах тёплой шерсти, как нечто мягкое сбило его с ног.
За его спинами раздался приглушённый вскрик, но никого из друзей мальчик уже не видел. Тиму накрыло с головой. Странный поток продолжал двигаться. Податливый и пушистый. Тима запаниковал и яростно заработал руками, пытаясь выбраться из опутывающего его кокона, но только увязал ещё сильнее. Наконец мальчик замер.
Несколько мгновений он не двигался и пытался определить, где его руки и ноги и почему ему так хочется чихнуть. Потом он завозился, перебирая конечностями словно в воде, и спихнул с лица это странное и непонятное пушистое… нечто.
– Эй, вы живы? – донёсся откуда-то приглушённый голос Фи.
– У меня весь рот в шерсти! – простонал Шэри, и Тима наконец-то понял, что это за белое вещество сбило его с ног.