Пожал ему руку осторожно, потому что помню, что у него на правой плохо гнутся пальцы после старого пореза ножом. Последствия работы в ментовском спецназе, откуда его позвали в «Контур».
— Пока на самолёте в Москву летел, снилось, как мы с тобой за Паучком тем гонялись, — сказал он со смехом, но приглушил голос.
— Поймали во сне? — спросил я.
— Не, там убёг вместе с бабками. Будто ты какой-то шпион оказался, — Глеб засмеялся. — Да ладно, не парься, сон же. Я проснулся, потом вспомнил, что хана гада пришла, и кайф сразу. Взяли всё-таки тварюгу.
Вообще-то, Глеб Паука застрелил, но я не напоминал. Зато Глеб расквитался за гибель своего друга.
— Тут ресторан козырный есть, модный какой-то, хороводный, — сказал он. — Давай там пожрём, мне хвалили. Никогда там не был, кстати.
Опять подниматься на вершину башни. Но я не отказался попробовать борщ от шеф-повара в ресторане на верхних этажах небоскрёба.
Надо будет сделать борщ дома. Щи я уже варил пару раз, а до борща ещё не добрался.
К борщу принесли горячие пампушки с маслом, чеснок, зелёный лук и сало. Предлагали водку, но я отказался, Глеб тоже не стал. Он хоть и выпивал, но дело у него сейчас очень ответственное, вот и не рисковал.
Ну а пока ели, Шилов продолжал давать инструктаж в своей типичной грубоватой манере.
— Ну что, Вадик Корнеев? — со смехом спросил он, когда официант отошёл. — Как тебе новый родственник?
Мы сидели в отдельной полукабинке, откуда был вид на город и очередную стройку.
— Ага, нашёлся папа, — поддержал я шутку.
Конечно, о реальных планах Корнеева я говорить не буду, Глеб не поверит. Но в случае чего, он выручит, что уже доказывал, а подставлять не буду.
— Но легенда убедительная, — продолжил я, — в неё поверят сразу.
— Точно, — Глеб стал серьёзнее. — Но поначалу мы её будем скрывать, чтобы казалась ещё убедительнее.
— И как будет строиться это дело?
— Многопланово, — он пересел ко мне поближе. — Смотри, подготовка уже завершена. Вот есть такой Олег Гиляев, хрен с горы, с которым мы начинаем работу.
— Кто он?
— Короче, это отдельное юрлицо. Фирма, где разрабатывают умные машины для армии.
— ПВО? — спросил я.
— Не совсем, — он зашептал: — Больше как прикрытие от эф-пе-вешек для тяжёлой техники. Ну, типа пулемёты с машинным прицелом на танке, чтобы птичка-«камикадзе» к танку подлететь не смогла. Собьёт на дистанции, причём без оператора.
— Понял.
— Ну, защита не сто процентов, потому что их всё равно видят и палить по ним будут, но от камикадзе должны защищать. Ну это затравка, там более сложная кластерная система. Суть сейчас не в этом, — он отмахнулся. — У Гиляева формально отдельная структура, но он целиком и полностью зависит от Корнеева. Разработка ведётся у него, и она задержалась, все сроки нарушены.
— Угу. И хотят найти, почему?
— Ну, это много кого интересует, и тут у нас сложность — ФСБ уже поставила туда своих «командировочных». Они рыщут, ищут шпионов, нуу или кто ворует. Но Гиляев — человек Корнеева, он своеобразный, и его проверять сложно. Внешне он чист. И тут задействуем тебя.
— Понимаю, бро, — я откусил кусок пампушки. — Типа сын Корнеева внедряется к нему тайно, чтобы подсидеть. Пристроил папаша отпрыска. И тот запаникует…
— Да-да-да, — Глеб закивал. — Сечёшь. Приезжает весь такой из себя зумер, и его сразу женят на работе. Типа, талант, хотя ты в этом по легенде не понимаешь совершенно. Но потом когда до него дойдёт, всё встанет на свои места, и Гиляев клюнет.
— Типа, мы хотим занять его место, — я попробовал сало.
— А что? Депутаты своих пристраивают, Корнеев тоже так хочет. А теперь смотри замут, Вадя. Наташа твоя обрабатывает любовницу Гиляева, типа, подруги, она начала в вашем городе подготовку. И она скинет через ту подругу мысль, типа, что ты сынок Корнеева. Гиляев поначалу это не поймёт, а потом дойдёт и попробует через Наташу на тебя выйти. И вот смотрим, что предложит. Вся цепочка у нас на виду, и целиком из наших сотрудников.